А если мой Кан всё-таки выжил, как я мог что-то ему сказать? Он отплатил мне сполна за мою жестокость! Даже если я один буду знать, кто разрушил дворец, всё равно этот позор ляжёт на меня тяжким бременем. Но я не могу ему рассказать, чей он сын. Я даже не могу явиться к нему и обрадовать, рассказав, что Тэл и Ран живы! Вдруг услышав это, он тотчас примчится сюда? И его поймают? Страшной будет участь разрушителя дворца. Должно быть, ему придётся самому выпить яд из Чёрной чаши. Один из самых жутких ядов. Я хотел заставить выпить яд из Чёрной чаши его приёмного отца, но… сам же подставил собственного сына: теперь его могут заставить выпить яд. А король обязан сам отдавать напиток гибели в Чёрной чаше. Я… Я должен буду отдать Чёрную чашу совему сыну?! О, нет! Что же я наделал! Я подставил своего сына! Я также боюсь говорить и Тэл, что он жив. Да, она была бы счастлива, услышав, но… Вдруг на радостях она привлечёт слишком много внимания — и его поймают? Вдруг, Тэл опять посмотрит на меня с ненавистью, припомнив ту ночь? Вдруг она… она поймёт, кто подставил её мужа? Мне страшно смотреть в её глаза сейчас, но если она поймёт…
Если мой сын выжил, то лучше ему никогда больше не возвращаться в Эльфийский лес! Так будет лучше для него. Так у него будет возможность спастись. А я до конца жизни буду дрожать от мыслей, что его могут поймать. Я… я найду пустыню — и высажу там Памятную рощу. Я буду молить Мириону, чтобы она его сберегла!
Лучше бы Акар не привлекал внимание к тому обрывку магического следа! Если ещё и чистокровных драконов привлекут… если они найдут моего сына…
Для чего ты вмешался, Акар? Как ты посмел вмешаться?! Не будь тебя, я бы, быть может, никогда и не заметил этого сходства между разрушителем дворца, виденным мной всего чуть-чуть, и сыном Тэл! Но зато и Кану было бы безопасней!
Хорошо, королева напомнила о существовании Забытого или даже нескольких Забытых в королевском роду. Это отвлечёт любопытствующих. Это должно их отвлечь. Надеюсь, отвлечёт.
Но этот Нэл… Он так некстати упал в день разрушения дворца, за мгновение до разрыва магического слоя, скрывшего следы преступника. Или даже очень кстати упал, вовремя? Сам получил удар кинжала, но… А если это он разорвал магический слой? Его подозревали в этом. Для чего ему прикрывать разрушителя дворца? Если он именно прикрыл, а не пытался его схватить. А если… если Нэл узнал Кана? Младший сын Тэл обожал своего старшего брата, расспрашивал о нём, подражал его привычкам. Если Нэл пытался спасти преступника, значит, он… он его узнал? Учитывая, как младший брат обожал старшего, он бы мог рискнуть собой ради его спасения. Если бы Кан был живой.
Но Нэл — сообразительный парень. Он ни за что не признается. Он бы точно этого не сказал. Значит ли это, что у моего старшего сына есть ещё один защитник? Преданный ему. По-настоящему преданный ему. Это было бы прекрасно, вот только… Странно, сын Рана защищает моего сына! Мой Лэр заботился о Зарёне. Я не понимаю этих детей. Почему они сошлись?
Но… если Нэл однажды узнает, что Кан — не сын Рана, а мой, то станет ли он защищать Кана также пылко, как и сейчас? Или… хуже… Если Нэл узнает, что это я оклеветал Рана, то… то вряд ли он будет защищать моего сына также верно, как и сейчас!
Ночью никак не мог уснуть. Ворочался сбоку на бок. Прогнал королеву из своей спальни. Я запоздало вспомнил ещё кое-что… ещё одну непонятную мне деталь…