Читаем За границами легенд полностью

А юная женщина всё расчёсывала и расчёсывала свои волосы… Медленно, осторожно изящными пальцами их касаясь… и это было настоящее колдовство… Я затих, завороженный, а она долго этого не замечала. Не понимала, что искушает меня. Дитя… доброе и наивное… а тело уже созрело… Интересно, оно уже знает ласки её жениха?

Шумно выдохнув, отвернулся.

Надо было уйти. Просто уйти под дождь и скрыться навсегда. Кто я и кто она? Нет, даже плевать, что я — чистокровный эльф в энном поколении и даже из правящей семьи! Но я — мужчина. Испорченный. Жадный до ласк. А она — ещё невинное дитя. Может быть, она всё же ещё невинна. И в Белом краю принято хранить до свадьбы «девичью честь»…

— Вы чего? — спросила она встревожено, — Что-то случилось? У вас что-то болит?

— Ничего! У меня ничего… — обернулся и застыл, — Не…

И совсем слова порастерял.

Огненные волосы, всё ещё распущенные, стекали по её плечам и по груди. Вздымавшейся под плотным платьем… Но всё ещё был виден её силуэт… заострившиеся от прохлады линии груди… красивой груди…

Тяжело вздохнув, я выскочил из укрытия. Под дождь. Позволяя прохладным струям омыть моё лицо и разбавляя мои мысли. Злые мысли о женихе этой красавицы… Жестокие мысли о том, как бы я мог прикоснуться к её телу…

Всё бы могло не случиться.

Только она вдруг отчаянно завизжала. Я резко обернулся. Она испуганно шарахнулась в сторону от ускользавшего тёмного хвоста. На меня. Я невольно её подхватил. А она испуганно прижалась ко мне. Тёплая… омытая дождём…

— З-змея! — дрожащей рукой указала вслед за удаляющимся изгибами хвостом. — Г-гадюка!

— Эк ты некстати, мир!

— Ч-чего? — растерянный взгляд уже на меня.

Молодое тело рядом со мной. Её мягкая грудь, упирающаяся в мою… Нежная… Я слышу, как напугано, как быстро бьётся её сердце… Вот бы оно так трепетало от моих ласк! Мягкое тёплое тело… Струи жидкого прохладного огня по её плечам… Напуганные глаза…

Невольно погладил напуганное дитя по голове:

— Успокойся. Её уже нет.

— Думаете? — отчаянный взгляд.

Снова погладил её по пушистым волосам.

— Хочешь, я её куда-нибудь закину? Заклинаньем?

— А вы можете? — робкий взгляд, разбавленный нотками надежды.

— Могу, — кивнул.

И невольно слегка стукнул её по носу кончиком указательного пальца.

Она не возмутилась. Смущённо потупилась.

— А вы… а вы мускулистый… — сказала растерянно, — Странно, а так вы выглядели худым…

А я как назло вспомнил, что её мягкая грудь упирается в меня.

Робкий взгляд. Глаза сверкающие. Яркие свежие губы, немного пухлые…

Не удержавшись, осторожно поцеловал её… Мягкая…

Опомнившись, девица оттолкнула меня. Вывернулась. Я и не пытался её остановить.

Но…

Ей бы ударить меня. Мужика незнакомого, вздумавшего целовать её! Заорать! Убежать от меня! Но это глупое дитя растерянно потрогало свои губы.

— Так вот оно как… — сказала она задумчиво, — Вот как целуются…

Дитя… наивное… чистое… нетронутое… глупое. Очень глупое.

Невольно усмехнулся:

— И не только так.

— А что… и ещё как-то можно? — распахнулись растерянно глаза.

Она одна будила во мне столько разных эмоций и чувств…

Я невольно рассмеялся, потешаясь над её юной глупой простотой.

И, смеясь, неожиданно сам для себя, вдруг притянул её к себе, приникая к её ярким губам.

Она сначала замерла растерянно. Потом замерла уже намеренно, мерзавка! Видимо, ей это понравилось. А я… я всё не мог от неё оторваться… Наконец, насладившись моими умениями в поцелуях, она наконец-то вывернулась от меня. Но не злобно. Так, растерянно. Потупилась смущённо.

— Вот, значит, как ещё можно…

И задумчиво провела по нижней губе указательным пальцем. А потом ещё и губу нижнюю прикусила задумчиво. Её губы стали такими яркими…

Кровь к моей голове прилила…

Я помню, был проблеск сознания. Когда вдруг понял, что уже крепко обнимаю её, исступленно целуя. Целую чужую невесту!

И я разжал руки, отступил от неё. Рванулся под дождь.

Но она…

Это дурочка сказала, а я, убегающий, расслышал:

— Это было… приятно…

Сжал пальцы… с радостью сжал бы их на её волосах… на её пышной груди… коснувшись её…

Она на шаг отступила, когда я опять ступил в объятия ветвей, тяжело дышащий. Но не додумалась меня ударить. Не додумалась убежать от меня. А надо бы…

Я рванул её к себе. Снова целуя в губы. Лаская её голову, её плечи…

Она… так и не убежала…

А я… не смог уйти сам…

Лаская это юное свежее тело… целуя её покрасневшие губы и уши… Опускаясь губами и поцелуями от её виска… по скуле… по шее…

И за собой её увлекая… на землю… на бодро шуршащие кленовые листья… Они взметнулись разноцветными брызгами, веером, над нами… падали… разноцветные на нас… помню растерянные глаза… начавшие затуманиваться… и упругое тёплое тело, лежащее на мне, замирающее под моими руками… тело, замирающие от моих ласк… от первых ласк в её жизни…

И ей уже не хотелось уходить… А мне не хотелось остановиться… скользить бы… скользить ладонями по этой нежной светлой коже, такой манящей… да разжигать губами и руками первый огонь внутри неё…

А дождь всё лил и лил, переплетая наши тела и судьбы…

Может быть, если бы не было дождя?.. Той змеи?.. Змеиного жестокого огня, разгоревшегося вдруг внутри меня…