Читаем За границами легенд полностью

— Рён, говори уже скорей! — шепнул мне брат, — А то отец начинает закипать. Как бы ни передумал…

Ой… Ещё навяжет мне кого-нибудь вроде зануды Сина, которому и дела до меня настоящей нет! Который там к любовнице шастать за моей спиной будет, а потом приветливо говорить со мной.

Выпустила руку Нэла, вскочила. Громко сказала, успев прежде отца:

— Я выбираю себе в женихи Нэла и Акара! Раз уж их лилии расцвели, — посмотрела на погрустневших — всё-таки погрустневших — человека и дракона, — Впрочем, я хочу поблагодарить ещё и Мишура, и Миру. Смотреть, как вы поддерживаете вашего соперника Нэла, как вы подбадриваете его, было приятно и красиво. Вы тоже молодцы. Даже если ваши лилии не расцвели. Даже если они не расцветут никогда.

Эльфы, послы и орава драконов, наблюдающие за нами, одобрительно закричали и, сжав кулаки на правых руках, подняли вверх.

Мишур и Миру улыбнулись друг другу.

— Дружба? — дракон протянул человеку руку.

Тот недоумённо на неё посмотрел. Все настороженно притихли и, особенно спутники крылатого. Неужели, человек дерзнул отказаться от дружбы, предложенной драконом? От дружбы одного из Старейшин крылатых?!

Но принц из Жёлтого края уточнил:

— А какой дальше должен идти жест? Чтоб показать, что я скрепляю нашу дружбу?

Дракон фыркнул. Кто-то из послов Песчаных холмов с облегчением вздохнул.

— Пожми мою ладонь. Или хлопни по ней. Или ударь по ней кулаком, — ухмыльнулся Мишур, — Мне, если честно, всё равно, какой жест ты выберешь. Но я буду рад, если ты согласишься со мной дружить. Нет ничего лучше упрямого сильного и справедливого соперника, — он подмигнул полукровке, — И тебя, заразу самолюбивую, я тоже люблю.

— Иди ты! — проворчал Акар, — Гад хвостатый!

Вздохнул тяжело, словно всю ночь камни по его приказу таскал. И добавил:

— Хотя я тебя тоже люблю, заразу большую.

Миру вытащил из причёски шпильку — успел-таки подобрать — и снял кольцо, державшее помимо неё волосы. Его волосы рассыпались по его спине и плечам. Длинные, густые. Красивые. И вдруг молодой мужчина с поклоном протянул кольцо и шпильку мне.

— Примите от меня этот дар, принцесса эльфов. Вне зависимости от того, кого рано или поздно выберет ваше сердце, я хотел бы с вами дружить. Сердце ваше милосердно, а красота необычна, — он широко улыбнулся, — Даже если я не обрету такую женщину, я хотел бы обрести такого друга как вы. Носите кольцо как браслет, а шпилька пусть хранит вас от врагов.

Смущённо улыбнулась и дар забрала. Действительно, основа его причёски могла сойти за браслет. Тут же и надела на левую руку. Шпильку воткнула в свою причёску. Надеюсь, не выпадет. Всё-таки, дипломатия — зверь серьёзный. Да и подарок от иноземного принца, как ни как. Склонила голову в знак благодарности.

— Спасибо вам, Миру! Вы красиво сражались.

— Рад слышать, — он выпрямился и снова улыбнулся, смотря на меня.

— Слушайте, вы так и будете обвешивать друг друга комплиментами, пока этот чокнутый Нэл будет здесь дохнуть? — проворчал Акар.

— Мишур, помогите отнести Нэла в мои покои, — попросил Лэр, подходя к нам, — Они ближе, чем его дом. И в следующих помещениях живут трое моих лекарей. Уверен, один из них точно не спит. Пусть займётся женихом моей сестры. Пойдёмте, я покажу дорогу.

Мишур подхватил Нэла на руки. Миг — и исчез вместе с ним. И Лэр пропал.

За неимением братца, заварившего кашу, следующие мрачные взоры отца достались мне. Впрочем, главное, что брат позаботится о Нэле. Он… Я хочу, чтоб этот придурок был живой! Ну, просто… Что за дурная привычка жертвовать собой ради всех подряд?! Пожил бы хоть немного ради себя!

Грустно посмотрела на выращенную им голубую лилию, казавшуюся то каменной то живой.

И… и хотя я его тогда бросила раненного, этот придурок почему-то до сих пор меня любит. Он сумасшедший! Но… я хочу, чтоб он был живой. И теперь, когда я прилюдно назвала его и Акара моими женихами, я смогу больше заботится об Нэле. Это здорово! А то Нэл постоянно заботится обо всех, но что-то не заметила, чтобы кто-то заботился о нём самом. И чего все так злобствуют на него, только от того, что он — сын мятежника? Мало ли чей он сын? Разве дети родителей сами себе выбирают? Да и… Вот эльфы носятся со своими искусствами и красотой, но… Но, по-моему, они тупые все. К чему внешняя красота, если нет доброты в сердце?

— Я тоже буду о тебе заботиться, Зарёна, — тихо сказал подошедший полудракон.

— Верю. — улыбнулась, — Ты же мой друг.

— Дура ты! — проворчала эта зараза — и пошла прочь, не оборачиваясь. Помрачневшие эльфы расступились, когда он пошёл прямо на толпу.

И… и он тоже любит меня. Вот как ревновал!

Вдруг лес пропал. Я оказалась в тускло освещённой комнате. Напротив стоял Мишур.

— Туда посмотри, — он кивнул в сторону.

На кровать, на которой лежал Нэл. Над ним склонились двое остроухих, видимо, лекари. Впрочем, пока я была у брата, их почему-то не видела. Может, они старались нам не мешать?

На кровати, облокотившись о спинку, сидел Лэр. Рубашка взмокла то ли от крови, то ли от пота. Капли пота стекали по лбу. Рванулась к нему, но он остановил меня, вытянув вперёд руку. Сказал лишь: