Читаем За это можно все отдать полностью

За это можно все отдать

Вероника Михайловна Тушнова , Вероника Тушнова

«Воздух пьяный – нет спасения…»

Воздух пьяный – нет спасения,с ног сбивают два глотка.Облака уже весенние,кучевые облака.Влажный лес синеет щеткою,склон топорщится ольхой,Все проявленное, четкое,до всего подать рукой.В колеях с навозной жижею,кувыркаясь и смеясь,до заката солнце рыжеемесит мартовскую грязь.Сколько счастья наобещаносумасшедшим этим днем!Но идет поодаль женщинав полу шал очке своем,не девчонка и не старая,плотно сжав румяный рот,равнодушная, усталая,несчастливая идет.Март, январь, какая разница,коль случилось, что онана земное это празднествоникем не позвана.Ну пускай, пускай он явитсяздесь, немедленно, сейчас,скажет ей:«Моя красавица!»,обоймет, как в первый раз.Ахнет сердце, заколотится,боль отхлынет, как вода.Неужели не воротится?Неужели никогда?Я боюсь взглянуть в лицо ее,отстаю на три шага,и холодная, свинцоваятень ложится на снега.

К. Н. Кравченко. Портрет Вероники Тушновой. 1952 г.

Саломее Нерис

Мы пришли к нейв тихий ее уголок,положили цветы у каменных ног,у бедных, маленьких, каменных ног,для которых нет на земле дорог.А она – я же знаю, —как я, как все,любила босой бежать по росе,любила ничком на траве лежать,в ладонях лучи любила держать.Я знаю все, что любила она,я все люблю, что любила она,но плита под ногами ее холоднаи в каменном садике тишина.Саломея, сестра, лесной соловей,сколько ты не допелавесной своей,сколько не досказалосердце твоев земное короткое бытие.Это я по дорогам твоим хожу,это я цветы тебе приношу,добрым ветром отчизны твоей дышу,«Помоги, помоги мне!» —тебя прошу.Чтобы видеть —дай мне глаза твои.Чтобы слышать —дай мне уши твои.Чтобы к сердцу народа путь найти —одари меня силойтвоей любви.Никогда еще так не мечталось мневсе узнать, угадать,суметь и посметьхоть единую песню твою допеть.…Очень счастлива яна твоей земле.

Из Саломеи Нерис

(с литовского)

Во мне желаний больше нет

Во мне желаний больше нет,Нет больше боли, страха, страсти.Исчез тепла, отрады свет,Живые краски на лице погасли.Тиха… Я так тиха,Как те поля,Где черный мор прошел с косою,Я так тиха,Как та сосна,Которую сожгло грозою.Тиха.И сердца своего уже не слышу я.Быть может, и оно пропало,Сгорело, может, горсткой пепла сталоОт этих страстных мук, от этого огня.Крылами черными,С улыбкой, грусти полною,Как будто бы надгробие безмолвное,Печальный ангел осенил меня.До бед моих кому какое дело.Земля мне мачеха – не мать!Дотла мечта моя сгорела,А счастье далеко, как небо. Не достать.

По ломкому льду

Перейти на страницу: