Читаем За давностью лет полностью

— Рабочие Ленских приисков, измученные нечеловеческими условиями труда, скверным питанием, решили обратиться с жалобой в дирекцию прииска. В мирной процессии участвовало более трех тысяч рабочих. Однако когда они подходили к главной конторе, их встретили солдаты и без предупреждения начали стрелять... Было убито и ранено больше пятисот человек.

— Да, прогрессивная печать сравнивала тогда это злодеяние, — заметил Максим Иванович, — с расстрелом петербургских рабочих девятьсот пятого года.

— В ответ на это повсеместно вспыхнуло забастовочное движение, — продолжала Лариса. — С этого момента и начал нарастать подъем революционного движения.

— Так, что еще вспомним? — снова спросил Максим Иванович.

— «Правда», — пробасил Борис. — Первый номер «Правды» вышел пятого мая двенадцатого года!

— Совершенно верно, — согласился Максим Иванович. — Газета фактически стала легальным штабом революционного движения. Ну, раз уж ты, Борис, вспомнил, не поленись, достань вон с того стеллажа папки. Да, да. Вот эти, толстые.

С кряхтением Борис вытащил с полки несколько объемистых папок.

— Что это? — спросил он, сваливая их на письменный стол.

— Это комплект номеров «Правды» за двенадцатый год, — объяснил Максим Иванович, раскрывая первую папку. — Давайте почитаем вместе.

Ребята окружили стол.

— Ух ты! Неужели подлинные? — спросил Красовский.

— Нет, это издание предпринял Институт Маркса — Энгельса — Ленина в тридцать третьем году, но оно также достаточно редкое сегодня. Вот так выглядел первый номер.

— «„Правда". Ежедневная рабочая газета, — вслух начала читать Лариса. — Воскресенье, 22 апреля 1912 года». Как же так? Ах да, пятое мая — это же по новому стилю. Почитаем. Так, статья «Наши цели». Вот что написано: «Освещать путь русского рабочего движения светом международной социал-демократии, сеять правду среди рабочих о друзьях и врагах рабочего класса, стоять на страже интересов рабочего дела — вот какие цели будет преследовать „Правда”».

— Гляди, — перебил ее Игорь, — стихи Демьяна Бедного!

Он с выражением стал читать:

Полна страданий наша чаша.

Слились в одно и кровь, и пот.

Но не угасла сила наша:

Она растет, она растет!

Кошмарный сон — былые беды,

В лучах зари — грядущий бой.

Бойцы в предчувствии победы

Кипят отвагой молодой!

Пускай шипит слепая злоба,

Пускай грозит коварный враг.

Друзья, мы станем все до гроба

За правду, наш победный стяг!

— Смело, — отозвался Борис. — И это ведь в легальной газете. Как же цензура пропустила?

— Этот номер был арестован, — пояснил Максим Иванович. — Но придрались, кстати, не к этому стихотворению, а вот к этому — «Завод» В. Невского. Послушайте концовку:

...Так старый мир, землей владея,

В оковах рабских держит труд.

Но звенья тех цепей, ржавея,

Уж скоро, скоро упадут.

В дыму, облитый потом, кровью.

Завод в мир вызван для борьбы.

Чтобы железом и любовью

Разбил оковы злой судьбы.

— Да, уж прямее не скажешь! — прокомментировал Игорь. — А вот, глядите, статья «Лена» — о ленских событиях.

— Поглядите, сколько «Правда» писала о стачечном движении! — воскликнула Лариса и стала цитировать: — «Телеграммы. От собственных корреспондентов.

Забастовки.

Пермь. По слухам, в Нижнетагильском округе забастовали рабочие на платиновых приисках.

Аресты.

Рига. За подстрекательство к забастовке пятеро рабочих губернатором подвергнуты аресту на сроки от 2 до 3 месяцев».

— А вот глядите — перестрелки с разбойниками, — перебил ее Андрей и зачитал: — «Тифлис. Стражники Шоропанского железнодорожного моста и часть роты Горийского полка, преследуя шайку 10 разбойников, настигли таковую в 2-х верстах от станции Шоропан. В результате 2-часовой перестрелки убиты один разбойник и один солдат, ранен один разбойник. Остальные разбойники скрылись в лес». А вот в разделе «Происшествия»: «Самоубийство. Вчера утром в д. № 40-а по 17 линии В. О. на площадке лестницы обнаружен повесившимся на ручке двери неизвестный мужчина, по виду чернорабочий».