Читаем Взрыв! (СИ) полностью

Ладонь закрыла лицо, обломанные ногти царапнули по лбу и щекам — будто стремясь содрать кожу.

— Да уж, чувак, погано… — пьяненький голосок кого-то из молодых пилотов диссонансом разрезал тишину пополам.

Риконт поднялся, стул отлетел футов на десять в сторону ринга, заставив зевак порскнуть тараканами кто куда. Мягко разошлись, а затем закрылись за ним замызганные до потери прозрачности кварцевые двери.

Лисенок залпом проглотил оставшееся пиво, нашарил у стены футляр с флюшкой — на сегодня с него было достаточно. Пора домой.

— Слышал я об экспедиции семейки нор Хейдов к сверхновой…

— Так вот чем она закончилась — даже риконт не выдержал.

— …что думают сам ихний андиотр с наследничком?

Клиенты и шлюхи постепенно приходили в себя.

Кивнув на прощание бармену и быстро улыбнувшись знакомым пилотам-близнецам за столиком напротив, он покинул заведение. Светильник проводил его до стоянки аэрокаров, где ебнутая доисторическая рухлядь отказалась завестись уже в сто первый раз. Придется идти пешком.

Мимо стоянки, сопровождаемая персональным светильником, прошла пара — тоненькая женщина в пестром сарапэ держала за руку высокого мужчину, на плече которого дремал, поблескивая сложенными иссиня-черными перепончатыми крыльями, летучий ящер Палланта.

«Мужчина — явно вестерлундец, а кто она — непонятно…» – мысль промелькнула и пропала.

Лис поправил на плече лямку, устраивая поудобнее тяжелый инструмент, и пошел следом. Путь предстоял не слишком долгий. Это утешало.

Справа клубился туманом огороженный высокой стеной глубокий провал — бывший карьер, откуда брали натуральный гранит для строительства загородных резиденций местной аристократии и финансовой элиты. Из недр доносилось шуршание и пощелкивание вперемешку с писком; в ночь взметнулся вспугнутый неведомо чем аэроскат и, покружив в восходящих потоках, медленно спланировал обратно в темноту.

«Почему на них не среагировал паллантийский дракон — интересно…» — мысли Лиса были заняты необычным питомцем странной пары, а глаза смотрели под ноги, когда он словно врезался в стену.

— Смотри — куда идешь, — рука схватила его за ворот потрепанной курточки и небрежным движением отшвырнула к ограде. Футляр гулко ударился о камень.

Проклятье!

Если инструмент поврежден!..

Лисенок оскалился и поднял взгляд на незнакомца — лицо и открытые кисти рук в помигивающем освещении городского светильника окружали красные ореолы.

Что?!

Еще один чистокровный?!

Не до фига ли за один вечер?

Но этот выглядел подобающе своей расе. Волосы коротко острижены, капитанская форма, на правом рукаве шеврон: фон — синее небо, усыпанное черными звездами; в центре — переливающееся оттенками лесной зелени, око.

Не повернув головы в сторону сидящего с открытым ртом парня, риконт удалился в сторону бара.

Лисенок проводил его ошарашенным взглядом и обеспокоенно осмотрел футляр — ни вмятины, ни царапины, а значит — флюшка цела!

Он прошел не более пятидесяти ярдов, когда увидел в полутьме выходящий из проулка высокий силуэт и знакомое красноватое свечение — незнакомец из бара в конце концов натолкнулся на стену, отшатнулся и обвел пространство мутным взглядом:

— Это ты?.. — Голова мотнулась в сторону Лиса.

 «Учуял?!»

— Смотря кого ищешь; если Тору Генко**** — вот он я! — полная злобного торжества кривая ухмылка во все лицо.

Лисенок был в ярости. Один из представителей «высшей расы» только что отшвырнул его как ветошь, даже не удостоив взглядом. Но сейчас перед ним другой риконт: оборванный, безумный, ослепший.

Лис достал флюшку. Заглушка заушного разъема вытащена и оправлена в карман, вытянут из гнезда на обечайке шнур — есть контакт! Пальцы правой руки поочередно пробежались по ладам обоих грифов инструмента, похожего двенадцатиструнную гитару U с ревербератором, снабженную сенсорной клавиатурой на верхней деке — пальцы левой легли на струны… Первое арпеджио-вспышка. И в воздухе появляется двадтифутовая пародия на бродягу-риконта, которому Лисенок придал черты краснокожего демона Они. Еще один резкий аккорд… И вот уже пугает спящих аэроскатов режущим стеклянным звуком диссонирующая рваная мелодия и подобно марионетке кривляется в воздухе демон. Лисенок извлекает несколько быстрых флажолетов — в воздухе запахло сероводородом.

Вокруг них постепенно собиралась толпа. Подтягивались завсегдатаи бара; опускались на дорогу аэророкары, водителей которых привлекло занятное зрелище. Лис выдал номер.

— Не надо, чувак, — тяжелая рука несильно сжала плечо.

Лисенок дернулся — рядом стояла та здоровенная филирийка из бара:

— Я тоже не готова целовать их в десны, но это перебор, — на лбу царапина, на скуле багровое пятно, но глаза смотрят спокойно и внимательно.

Он взглянул на сбитые костяшки, для порядка дернул плечом:

— Ладно, тетушка, уговорила.

— Сыграй лучше что-нибудь красивое, Лис. Для меня. А то ни «звездец», ни даже хорошая драка уже не помогают, — грустная улыбка в глазах, и жесткое прямоугольное лицо становится почти красивым. — Каждый раз между рейсами я тащусь в эту сраную забегаловку — тебя послушать.