Читаем Взрыв! (СИ) полностью

Неужели он, землянин Тору Генко, был в прошлой жизни возлюбленным основателя Федерации Вестерлунд? Лис отчетливо помнил, как удерживал фрегат на заданном курсе, как горели нервы и плавился костный мозг, проступая сквозь трубчатую ткань раскаленными каплями. Тогда плазменной вспышкой сверкнуло воспоминание о Шигео, о Тальесине. О непростой истории любви… Измена, свершенная из-за детской обиды. Нелепая. Злая. Они прилетели на Даймон-severe, где велись работы по терраформированию. Шигео, не простивший первому Великому Андиотру женитьбу, с легкостью завлек в свои сети инженера-мода. И когда последний, одурманенный запахом, захваченный гибкостью тела, завороженный медно-красным сиянием глаз сквозь смоляные ресницы пал к ногам оборотня, тот подстроил так, что Тальесин застал их в разгар сексуальных игр. Злосчастный мод остался вкалывать на суровой планете до конца дней. А Шигео Тальесин запер в доме у дерева. За неверным круглосуточно следили камеры дронов. И если бы он попытался выйти за пределы радиуса в тридцать километров, его бы усыпили выстрелом и вернули обратно. Покидать свое роскошное узилище он мог только в сопровождении возлюбленного для совместного присутствия на церемониях, приемах, праздниках… Этого требовали от Драгоценного Друга зарождающиеся традиции Вестерлунда. История закончилась безвременной кончиной обоих. В новом воплощении Лейву нор Хейду и Тору Генко тоже не повезло.

А в следующем?

Что произойдет с вами в следующем воплощении?

Будет ли шанс остаться вместе без измен, страданий? Снять бремя долга, отягощающее одного, и укротить капризную натуру другого, заставляющую мучить своего любимого?

Как думаешь, Лис?..

— Тору! Тору, где ты! — встревоженно-восторженный зов прервал размышления.

Он выглянул из комнаты, ступил на ленту и увидел Эйю, постукивающую в нетерпении каблуком по полу.

— Сладенькая снесла первое яйцо! Спускайся.

Циркачка потащила его к спальне, превращенной в родильную палату. Пока вокруг стонущей ящерицы кудахтал Финн, они подсматривали в щелочку и волновались под дверью. Вскоре на расстеленное ворсистое покрывало выпало второе овальное крапчатое яйцо. Дракониха, клацнув четырьмя рядами острых зубов, цапнула из руки полукровки здоровенный кусок мяса. Третье пришлось подождать. Помещение огласила похабная песенка двух пьяных глоток, известившая о возвращении из местной спецзоны доблестных марсиан; в панорамное окно постучался первый рассветный луч Ницневин, когда Сладенькая с натужным криком снесла последнее яйцо. И тут же закусила поданной Финном курятиной.

Они провели в гостевом доме три месяца и две недели по Палланту. Дни тянулись вязкой резиной. Стараясь развлечь, Эйя учила Лиса кататься верхом на ристе. И добродушные травоядные осторожно поедали колючие ветки с их рук. Оборотень больше не перекидывался, не бегал, наслаждаясь песней ветра, по мягкой траве сквозь белую ночь Палланта. Флюшка сиротливо стояла в углу его спальни. Только робот-уборщик, перепутав футляр с деревянной мебелью, смахивал с самоочищающейся обивки несуществующую пыль. Одним осенним утром на усыпанную палой листвой дорожку опустился золотистый аэрокар с зеленым оком на крыше. Прибыли приглашения в Рогаланд на торжество. На врученной каждому развертке** отсутствовал текст: лишь мерцало стилизованное изображение магнетара.

Створки из сахарно-белого с розовыми прожилками камня распахнулись, и в парадный зал вошли одетые в форму пилотов фрегата Хаока-alter Лисенок и близнецы. Из зала вышел первый Андиотр лис-оборотней в длинной серебристой тунике. Позади, сверкая на чиновников и придворных желтыми топазами глаз, в блестящей угольно-антрацитовым форме стражников следовали Эйд и Навни. На широких поясах красовались церемониальные мечи в ножнах с гравировкой танцующего черно-бурого лиса. Телохранители.

Створки открылись снова, пропуская отступницу Дома Хав и ее мужа. Из зала вышли те же Удача и Воин Света Свободные-от-зависти. Эйя и Финн твердо отказали правительнице в проведении над ними медицинских экспериментов, несмотря на заманчивую перспективу обзавестись потомством, послужив Вестерлунду. Они решили вернуться в систему Толиман, а на долю, полученную от продажи игниса выкупить и обустроить цирк Ама-Тэрасу.

Шанди осталась на Палланте с братом.

Жизнь продолжается.

*