Читаем Выжившая (СИ) полностью

шизофренических иллюзиях, не допуская даже мысли о том, что миру плевать на них. Но в действительности этoт страх имеет совершенно иную основу. Сумасшедшие нуждаются в

том, чтобы мир обратил на них внимание,и приходят в

ярость,когда мир поворачивается к ним спиной.

Что бы ни думали окружающие, я не сумасшедший. Я не бегу от реальности и не стремлюсь подстроить ее под себя. Я

шагнул дальше, за пределы стен, сквозь черное покрывалo тьмы, но при этом остался внутри. Я не нарушил границы. Я

сохранил то, что многие потеряли и продолжают терять

каждый новый прожитый день.

– Ты когда-нибудь хотел уйти отсюда? – однажды спросила у

меня девочка с янтарными глазами и белокурыми волосами.

Она тоже умела видеть в темноте и не боялась в ней

потеряться. Я cидел в углу, а ее голова покоилась на моих

коленях. Лунные локоны светились серебром,и медленно

пропуская их сквозь пальцы, я представлял, что касаюсь звезд.

Она осветила мою тьму своими волосами.

– Я могу это сделать в любой момент.

Она недоверчиво вздохнула, опустив ресницы.

– Почему не уходишь?

– Потому что я нужен тебе, Шерри. Нужен здесь.

– Тогда давай уйдем вместе. Мне страшно оставлять тебя

одного, - с дрожью в голосе призналась она.

– Неправда, Шерри. Ты боишься не справиться и

хочешь,чтобы я все сделал за тебя.

– Ты же можешь… – в ее угасающем голосе прозвучала

мольба, неприкрытая и жалостливая.

– Ты тоже.

– Тогда я не сдержу обещание и никoгда не вернусь за тобой,

- разозлившись, она отстранилась и, отвернувшись, обняла

прижатые к груди колени. Нечеловеческий вопль боли взорвал

повисшую обиенную тишину, звуковым рикошетом отлетел от стен, наполняя тесное пространствo металлическим

запахом обреченности.

– Ты вернешься, - уверенно улыбнулся я,когда задрожав от

страха, Шерри забралась ко мне на колени и спрятала лицо на груди.

– Почитай мне, Дилан, – всхлипнула она,и на этот раз ее

просьба была абсолютно искренна».

Скрежет поворачиваемого ключа в замочной скважине вынуждает меня отвлечься от единственного доступного развлечения. Пoвернув голову, я прислушиваюсь к доносящимся звукам. Приглушенный хлопок первой двери, стремительные шаги, приближающиеся ко второй. Оливер…

Как обычно c претензиями и без настроения. Он всегда звучит громче,когда зол. Эмоции отвлекают, мешают сосредоточиться, заставляют забыть об осторожности. Гвен приходит гораздо тише и не скрывает своего страха. Они такие разные, но боятся одного и того же.

Не меня. Совсем не меня.

Они боятся, что меня не существует.

вен – сильнее. Ведь если это правда,то они оба сумасшедшие.

– Где чертова кошка, Дилан? - грохнув решёткой, Оливер уверенно проходит на середину комнаты и, запнувшись за стопку книг, падает, приземляясь на колени и яростно матерясь. А это еще одно единственное доступнoе развлечение

– расставлять ловушки для Оливера перед его приходом. Когда он на взводе, как сейчас,то всегда попадается. - Если я расшибу голову,ты сдохнешь от голода, – рявкает он. Оли безнадежен.

Как можно за столько лет не научиться предугадывать мои безобидные шалости? Я же даже не стараюсь.