Не знаю, кто первым срывается, но неожиданно я чувствую его губы на своих губах. Я отпускаю подол платья и прижимаю Сана как можно крепче. Целуя его под звездами, я понимаю, что должна была найти именно его. Никогда у меня не возникало таких чувств весной, никогда я не хотела таких чувств. Сан – исключение.

Мое весеннее исключение.

Мое магическое исключение.

Может, он останется им, когда лето превратится в осень. Если он станет моим единственным исключением в жизни, мне вполне этого хватит. Даже более чем.

Я невольно улыбаюсь, целуя его. Впервые в жизни я чувствую, что обрела себя. Он не определяет меня, но то, как он видит меня, придает мне уверенности и сил, чтобы самой определить себя.

Наверное, именно поэтому я смотрю на него, как будто он волшебный. Ведь для меня это так и есть.

Я приоткрываю губы, и поцелуй становится глубже. Мы вдыхаем друг друга, словно это мы прохладный ночной ветерок или сладкий аромат волчеягодника. Сан проводит пальцами по моему лицу, шее, рукам, и когда я спотыкаюсь, огромная сосна подхватывает меня. Сан тянется ко мне, целует меня, и на секунду я думаю: как же это прекрасно, что две ведьмы-весны влюбляются друг в друга в саду под ночным небом.

Я целую его медленнее и наконец неохотно отстраняюсь.

– Уже поздно, – говорю я.

– Проводить тебя до хижины?

– Да, спасибо.

Сан снимает пиджак, накидывает его мне на плечи и обнимает одной рукой. Когда мы выходим из сада, под навесом уже не горят огни, но рядом слышатся голоса.

– Клара, – тихо зовет меня кто-то.

Я вглядываюсь в темноту. Останавливаюсь, и ко мне подходит Пейдж. Она осматривает меня с ног до головы, потом переводит взгляд на Сана. На ее лице расплывается озорная улыбка:

– Повеселиться не хотите?

– Как? – спрашиваю я недоверчиво.

– Поиграть в кольцо огня.

– Ни за что. Мисс Сантайл прибьет нас, если узнает.

– А она и не узнает. Ну что, весна? – Пейдж смотрит на Сана.

– Никогда этого не делал.

– Всегда бывает что-то впервые.

Не дожидаясь ответа, Пейдж хватает Сана за руку, он хватает меня, и мы идем на учебное поле в наших красивых нарядах. Спотыкаясь о подол платья, я цепляюсь за Сана и стараюсь не отставать. Сердце у меня бешено колотится.

– Правила знаешь? – тихо спрашивает Пейдж.

– Смутно, – отвечает Сан со смехом.

Когда мы приходим на учебное поле, Пейдж наконец перестает нас тянуть. Здесь по меньшей мере с десяток наших соучеников, все старшеклассники. Мне интересно, сколько же я всего пропустила, пока сидела в своей маленькой хижине.

– Клара! Сан! Вы пришли! – восклицает Ари, подпрыгивая вверх-вниз.

– Ставлю деньги на высшую, – говорит кто-то вдалеке, но я не могу разобрать, кто это.

– Все на месте? – спрашивает Пейдж.

– Ага, – отвечают несколько человек.

– Хорошо. Становимся в круг, – говорит она, и мы повинуемся. – Встаем в паре метров друг от друга.

Я держу Сана за руку до самой последней секунды и потом отпускаю.

Пейдж становится в середине.

– Помните: если молния умрет у кого-то или дотронется до кого-то, тот выбывает.

Затем она одаривает меня лукавой усмешкой.

– Я начну.

Глава 32

– Всему свое время

Жаль, что я не могу наблюдать за игрой сверху в окружении темноты и мириад мерцающих звезд. Я бы смотрела на Землю, где больше десятка ведьм встали в огромный круг. Они в красивых платьях и костюмах, с макияжем и прическами, перекидывают друг другу молнию так быстро, что неясно, где у этой игры начало, а где конец. Кольцо огня в темную, безмятежную ночь.

Сердце бешено колотится, пока я смотрю за бегающей по кругу молнией. Моя магия гудит передо мной, поймав разряд и не давая ему сгореть или обжечь меня. Разряд молнии для нас как низкое напряжение. Мы можем с ней справиться, но она все равно больно ударит по руке, если вовремя не передать ее другому.

Пейдж стоит рядом со мной, и я передаю молнию ей. Я смотрю, как молния освещает ей лицо, а затем Пейдж передает ее Сану. Если держать разряд под контролем, то он не будет вспыхивать или мерцать. Сан посылает молнию другому очень легко, словно так и должно быть в природе, словно это не сложнее дыхания.

– Черт! – кричит Джей на другой стороне поля.

Молния потрескивает перед ним и исчезает, ударив в Джея. Теперь ожог будет мучить его несколько дней. Проигрывать больно, как сказала бы Пейдж.

– Ты выбыл, – говорит Ари.

Джей выходит из круга и садится на траву, чтобы понаблюдать за игрой. Мы становимся поближе друг к другу.

– Ари, начинай! – кричит Пейдж через поле.

Ари поворачивает молнию по горизонтали и посылает ее Томасу. Тот не успевает среагировать, и разряд исчезает, не успев перелететь к кому-то другому.

Джессика со смехом объявляет, что тот выбыл. Томас присоединяется к Джею. Мы делаем еще один шаг друг к другу.