Читаем Высоко над страхом полностью

— Да уж, понимаю, — рассмеялась Васька. — Я тоже летом оказалась в детективе, а по его окончании замуж вышла. Так что смотри, Лидка, может, и твой детектив закончится, как в сказке, свадьбой.

— Моя свадьба уже отплясала и отпела. И это оказалась сказка с грустным концом, — заметила Лида.

— Но как же, этот человек, который готов все бросить и увезти тебя ко мне чуть ли не на белом коне, он что, не принц? Или ты правда веришь, что он так участвует в твоей судьбе исключительно из человеколюбия?

— Ну, почему он участвует в моей судьбе, я не знаю, — призналась Лида. — Хотя, скорее всего, он просто добрый и порядочный, хоть в нынешнее время это и нонсенс. А везти меня в Питер он согласился из-за того, что захотел принять участие в твоей судьбе. Представляешь, оказывается он — друг Вальтера.

— Друг моего Вальтера? — переспросила Вася. — Лида, да разве бывают такие совпадения? Ты уверена, что он не мошенник, который выудил из тебя информацию о нашей дружбе и тут же придумал, как ее использовать?

— Нет, Васька. Ну что ты… — запротестовала Лида.

— А зовут его хоть как? — Василиса вздохнула, опечаленная Лидкиной доверчивостью. Подруга с первого курса была такая — открывалась людям, летела к ним как мотылек на огонь, а потом плакала от разочарования. Вот и со Славкой так вышло.

— Иван Михайлович Корсаков, — услышала она голос подруги и чуть не упала с кровати.

— Ванечка? Быть того не может. Это действительно Вальтера друг. Он у нас на свадьбе свидетелем был. Вальтер говорил, что он по бизнесу куда-то временно переехал, так что же получается, что он живет в одном городе с тобой?

— Ага. Более того, в одном подъезде. И он — главный герой моего детектива. Положительный, естественно.

— Ага. — В голосе Василисы засквозило неприкрытое любопытство. — Ванечка — человек хороший и целиком положительный. К тому же прочно неженатый. Так что давай, подруга, не теряйся. Если ко всем прочим жизненным радостям ты еще переедешь ко мне в Питер, так это ж просто супер. И Славику твоему ничтожному наука.

— Васька-Васька, — Лида невольно улыбнулась. — Во-первых, Корсаков сейчас живет не в Питере, а в нашей дыре. Во-вторых, Славика учить поздно, да и незачем. В-третьих, у нас с Иваном хорошие добросердечные соседские отношения и не более того. А в-четвертых, он, может, и не женат, но тут к нему такая красавица приехала, что я рядом с ней выгляжу облезлой кошкой, подкармливаемой на помойке из жалости.

— Да ладно, можно подумать, я не знаю, как ты выглядишь, — усомнилась Василиса.

— Никаких шансов, — заверила ее Лида. — Ты ж знаешь, я всегда адекватно оценивала себя и свою внешность.

После разговора с подругой у Лиды даже настроение повысилось, хотя ехать в Питер спозаранку все равно не хотелось. Необходимости в этом не было теперь никакой, а сил нет ни капельки, да и с работы отпустили с большим скрипом. Трудиться-то некому.

Именно поэтому, когда утром Иван, бледный, с синевой под глазами и отросшей за ночь щетиной, начал мямлить что-то о том, что не может сдержать данное им вчера обещание, но обязательно за пару часов найдет водителя, который сядет за руль его машины, Лида заверила его, что необходимость поездки отпала. Было видно, что у соседа словно камень с плеч упал. Он так явно обрадовался, что она немного расстроилась поначалу, а потом поняла, что радость его вызвана не собственным освобождением от груза чужих забот, а тем, что Вальтер уже приехал к жене, что у Василисы все в порядке и что сам он не подводит Лиду, нарушив данное слово. Все-таки удивительно светлый человек был ее сосед.

Он плохо выглядел, и Лида участливо спросила, не случилось ли что. Иван коротко рассказал про пожар, убийство Гришки и подписку о невыезде. Почему-то ему хотелось делиться с этой женщиной своими проблемами.

— Ужас какой! — воскликнула Лида, приложив руку ко рту. У нее были длинные изящные пальцы с коротко подстриженными ногтями. Без всякого маникюра они выглядели женственно, и Лида, заметив его взгляд, улыбнулась. Знала, что у нее красивые руки, и гордилась этим.

— Так что же вы теперь будете делать? — спросила она. — Помощь нужна?

— Для начала съезжу к Гале. Это жена Гришки, — ответил он. — А уже потом начну разбираться со своими проблемами. Почему-то я всей своей толстокожей шкурой чувствую, что все это именно мои проблемы. То есть я — их причина.

— Вот что, — Лида скрылась за шкафом, стоящим в ординаторской, где она ночевала, и завозилась там. Он поморщился. Эта женщина не заслуживала того, чтобы жить в больнице. Хорошо хоть квартиру ее сегодня приведут в порядок и она сможет вернуться домой. — Я поеду с вами к жене этого вашего Гришки.

— Но вы же ее не знаете, — удивился Иван.

— Зато я знаю вас. Поверьте, это очень тяжелый разговор. Для вас тяжелый. Эмоционально. А я женщина, во-первых, и врач, во-вторых. Поверьте, так будет лучше, я знаю.