Читаем Выход есть всегда полностью

— Все правильно, так и должно быть. Женя сказала, что ее решили заманить сюда, как в мышеловку.

— Странно это все как-то..

— Ничего странного. Если здесь повсюду будут висеть листовки с Ее фотографией, Она поймет, что Ее тут ждут. А так Она будет чувствовать себя в безопасности, поэтому попадется в ловушку. Везде, где Она, — Рафикова всякий раз делала акцент на местоимении, — может появиться, расставлены посты, причем не местные. Если наших полицейских посвятить в детали предстоящей операции, то обязательно найдется тот, кто Ее саму или Ее родственников предупредит.

— Так родственники же от нее отреклись! — напомнила Алия, подтверждая мои догадки.

— Не все. Нина, младшая сестра, похоже, поддерживает с Ней отношения. Она как раз вчера к нам приходила. Вероятно, на разведку.

— Думаешь, Варька уже здесь? — спросила Алия.

— Я уже не знаю, что думать, — устало проговорила Руфина. — Скорее бы все это закончилось! Еще эта Женя…

— А что с ней не так? С Шамилем заигрывает? — предположила приятельница Рафиковой.

— Да при чем здесь Шамиль! Он дома почти что не бывает — работы много. Понимаешь, Женя за все это время сильно изменилась. Сначала она была очень обходительная, милая, а сейчас совсем распоясалась — на Тимурку кричит, мною пытается командовать. А последние дни от нее даже спиртным попахивает…

— Да ты что? — изумилась Алия.

— Вай, какая девушка! — раздалось где-то сзади сверху. Я обернулась и увидела кавказца лет сорока. — Потеряла что-то?

— Ага, потеряла, — подтвердила я, делая вид, что ищу пропажу. — Кулончик, такой маленький…

— Я смотрю, ты уже давно его тут ищешь, — мужчина кавказской наружности усмехнулся. — Забудь! Я куплю тебе новый кулон, большой, чтоб не потерялся, а еще колечко. Хочешь колечко?

— С бриллиантом? — уточнила я, поднявшись с корточек.

— Ну это от тебя самой зависит, красавица. — Кавказец приблизился ко мне почти вплотную. — Ну так что, пойдем колечко с кулончиком выбирать?

— Обязательно пойдем, только вечером, — перевела я стрелки. — Я сюда зайду, часов в шесть…

— Обманешь ведь меня, красавица? — догадался небритый брюнет, в ответ я загадочно улыбнулась ему.

Пока мы вели с ним диалог, дамы разошлись. То ли они уже все обсудили, то ли не захотели продолжать разговор при посторонних. Алия подошла к прилавку со специями, а Руфина снова направилась в сторону мясных рядов. Мне больше не было смысла налаживать контакт с ней. Я поспешила в гостиницу, чтобы успеть съехать до расчетного времени. У входа в отель я вспомнила про телефон, достала его из сумки и, посмотрев на дисплей, поняла, что мне звонили двое: Нина и Мельников. Хорошо, что у меня выработалась привычка выключать звук на время слежки. Первым делом я позвонила Андрею.

— Извини, что не ответила. Была занята.

— Короче, я навел справочки. Парамонов ни в чем криминальном замечен не был, а вот на Александре Буряк клейма ставить негде…

— Ты о ком? — уточнила я, перебив Мельникова.

— Да на твоих фотография никакая не Женя, а Буряк Александра Ивановна, — пояснил Андрей, — судимая ранее за мошенничество.

— А если конкретно?

— Я знал, что ты спросишь, поэтому уточнил детали. Так вот, Буряк ходила с поддельными документами соцработника по квартирам и обирала доверчивых пенсионеров, пока не наткнулась на отставного прокурора.

— Спасибо, Андрей, за эту информацию. Я у тебя в долгу.

— Про раков не забудь, — напомнил мне Мельников и прервал связь.

Я зашла в гостиницу, но лишь затем, чтобы вернуть ключ, который не успела отдать на рецепцию — боялась упустить Руфину. Все мои вещи были при мне. Выйдя из отеля, я увидела Нину, не решающуюся туда зайти.

— Здравствуйте, Татьяна! А я вам звонила, — сказала она.

— Извини, я не могла ответить… Пойдем в кафе, поговорим, — предложила я.

— Спасибо, я уже позавтракала.

— А я еще не успела — дела…

— Ладно, я выпью чашку чая, — сказала Нина, — за компанию. Только не в гостиничном ресторане.

— Скажи, а здесь поблизости есть какое-нибудь кафе? — спросила я, оглядываясь по сторонам.

— Пойдемте, я покажу.

Мы перешли через дорогу, где располагалось кафе быстрого питания. Там было многолюдно. Нина заняла только что освободившийся столик, а я пошла на раздачу. Стоя в очереди, я анализировала услышанное на рынке, поэтому ставила на поднос все, что мне попадалось под руку, без разбора. Только на кассе я поняла, что переборщила, но оплатила все. Когда я села за стол и стала расставлять тарелки и чашки, Нина спросила:

— А вы вчера действительно ничего дельного не услышали?

— На тот момент, когда ты мне звонила, ничего. — Придвинув к ней чашку чая и тарелку с омлетом, я предложила: — Угощайся!

— Спасибо, но сейчас Успенский пост. Так, только чай. — Нина отодвинула омлет в сторону. — А потом?

— А потом кое-что услышала… Нина, скажи, что для Варвары самое главное в жизни?

— Не что, а кто. Сын, конечно, — не задумываясь, ответила девушка. — В Тимурчике весь смысл ее жизни.

— А как ты думаешь, Парамоновы понимали, что ради сына Варя согласится на все?

— Это вы к чему клоните? — насторожилась девушка.