Читаем Выход есть всегда полностью

— Слушаю.

— Когда будешь возвращаться из Дольска в Тарасов, купи мне на трассе раков. Я знаю, там продают их…

— Хорошо, — согласилась я. — Тебе сколько — килограмма два-три?

— Ведро, — обозначил объем Мельников.

— Ну у тебя и аппетиты! — усмехнулась я.

— Да что там есть-то!

Поговорив с Андреем, я подошла к окну. В квартире Рафиковых не было света. Похоже, там все уже спали.

Будильник в моем смартфоне зазвонил ровно в восемь. Хотелось еще полежать, но я боялась упустить что-то важное, поэтому заставила себя подняться с постели. Первым делом я надела наушники. У Рафиковых, судя по их разговору, уже завтракали.

— Спасибо. Все было очень вкусно, — сказал мужской голос. — Руфина, проводи меня.

— Да-да, уже иду, — отозвалась хозяйка.

— Ну и чего мы не едим кашу? — грубо осведомилась нянька.

— Я не хочу, она невкусная.

— Не будешь есть кашу, я твою машину выброшу к чертям собачьим! Ты бы ее еще на стол положил! Убери с коленей, кому говорю!

— Я все равно кашу не буду, — упрямствовал Тимур.

— Бабуля, вы видите, он не съел ни ложки! — пожаловалась Женя на своего подопечного.

— Тимурчик, надо поесть, — ласково сказала бабушка. — Давай я тебя покормлю… За дедушку… Молодец! За бабушку… Умничка!

Разговор о еде откликнулся ураганом в моем желудке. Мой вчерашний день прошел на жесткой диете. С утра я выпила чашку крепкого кофе и отправилась в путь-дорогу. Мой обед состоял из йогурта с маленьким круассаном, а ужин я, как и полагается, «отдала врагу». Впрочем, на ночь был стаканчик капучино из автомата, стоящего в холле, но он мне не понравился.

— Напрасно вы его балуете, — села на своего конька воспитательница. — Он разленится и вообще самостоятельно есть не будет. А если в садик надумаете Тимура отдать, то кто его там кормить станет?

— Какой уж тут садик?

— Да, сейчас нельзя, но, наверное, скоро все уляжется, — не слишком уверенно произнесла Женя. — Впрочем, поступайте, как знаете! Хотите, чтоб он вам на шею сел, так продолжайте, кормите его с ложки!

— Это же мой внучок, единственный, — ласково говорила Руфина. — Как же я не буду его баловать. Вот молодец! Вот и кашка закончилась. А теперь можешь попить какао. Держи чашку сам. Умничка! Да, Женя, я сейчас пойду на рынок за продуктами. А вы чем заниматься будете?

— Как обычно — гулять пойдем.

— А это не опасно? — В голосе Рафиковой прозвучали тревожные нотки. — А вдруг Нина вчера действительно не случайно приходила, а проверить обстановку?

— Наверняка так и есть. Но мы сидеть дома не будем. У нас все под контролем, — уверенно заявила Евгения.

— Надеюсь, — устало произнесла Руфина Александровна.

Женя явно водила Рафиковых за нос, расписав им какую-то мнимую угрозу. Я не могла понять, как они могли повестись на байки девицы, вид которой не вызывает доверия. А что, если расспросить об этом саму Руфину Александровну? Я пока не знала, как заставить эту женщину откровенничать со мной, но все равно решила пойти за ней.

Быстро собравшись, я вышла из номера, спустилась по лестнице на первый этаж и, минуя кафе, в котором пропадал мой завтрак, направилась сразу же к выходу. Пробежав через двор, я увидела Рафикову, уже удаляющуюся от дома. Хорошо, что вчера Руфина несколько раз выходила на балкон, иначе бы я ее не узнала.

Рынок оказался всего-то в квартале от гостиницы. Я догнала женщину у входа и пристроилась за ней. Мне нужен был какой-то предлог, чтобы завязать с ней разговор на любую тему, хоть о продуктах. А уж затем я бы перевела его в нужное русло. Руфина Александровна сразу же направилась в мясные ряды. Для меня было настоящей пыткой вдыхать ароматы домашних копченостей. Только я собиралась попробовать кусочек аппетитной буженины, как услышала оклик:

— Руфа, дорогая!

Это обращение заставило меня оглянуться.

— Здравствуй, Алия! — Рафикова приобняла черноволосую женщину лет пятидесяти пяти. — Как поживаешь?

— У меня все нормально. А у тебя как дела?

— Все по-старому. — Бабушка Тимура тяжело вздохнула. — Живем как на пороховой бочке.

— Слушай, Руфа, я тут со своим родственником разговаривала, с Ибрагимом…

— Это который в полиции работает? — уточнила Руфина.

— Да, с ним, так вот, он мне сказал…

— Тише, тише, — остановила ее Рафикова, — не надо здесь об этом говорить.

— Хорошо, давай отойдем в сторонку. — Алия повертела головой, подыскивая подходящее место. Чтобы она меня ни в чем не заподозрила, я стала заинтересованно рассматривать копченых кур. — Вон там пустые ряды. Пойдем туда.

Женщины отправились в безлюдное местечко. Оценив обстановку, я перебежала на соседний ряд, на котором торговали свежими овощами, и, проглотив слюну, пошла по нему в том же направлении, что и две почтенные татарки, выключая на ходу звук смартфона. Когда прилавки опустели, я нагнулась и буквально на корточках стала передвигаться дальше, пока ряд не закончился — женщины остановились с другой стороны пустого прилавка.

— Так вот, Руфа, — заговорила Алия, уверенная в том, что ее никто не слышит. — Ибрагим очень удивился, услышав от меня, что Она в розыске. Никаких ориентировок на Нее в Дольск не приходило.