Читаем Выбор сердца (СИ) полностью

Я не успела осознать значение слов Наргала, как он присел, полностью, с головой погружая нас в воду. На несколько мгновений. Затем дракон выпрямился, поднимая нас над водой. Вода стекала по нашим телам, переливчато сверкая драгоценными алмазами. Но мне было не до красот. Я любовалась своими детками. Два человеческих младенца так правильно лежали на сгибах рук. У мальчика на голове торчал тёмно-синий закрученный хохолок волос. У девочки, которая была совсем крошечной, были длинные, до ушек, платиновые волосики, совсем как у меня.

Наргал поцеловал меня в висок. И с этим поцелуем я поняла, как устала. Бесконечно. Так, что и веки поднять не было сил. Бороться со сном не получалось, хотя в мыслях мелькнуло ответственное — детей нужно накормить. Но я уже спала крепким сном.

Спала и не видела, как нас вынесли в первую пещеру. У входа уже ждали драксы — альфа и её дочь. Наргал поднёс к ним свою ношу, и младшие сёстры обнюхали новорождённых дракончиков и, облизав малышам мордочки, приняли их в свою стаю.

Инанна подошла к брату и провела рукой вдоль его спины. Вместе с этим жестом на теле дракона появилась одежда. То же богиня сделала и с Аринарой. Каждого из новорождённых Инанна поцеловала в лобик, одаривая на будущее. Женщина улыбнулась и посмотрела на брата, который прижимал к себе своё дитя, любовно создаваемое им последние почти шесть лет.

— Теперь ты точно созидатель, брат.

Инанна переливчато засмеялась и подозвала ближе свою Верховную жрицу. Морана выглядела сейчас молодо. Волосы на голове шевелились живыми змейками, тело изменилось, вытянулось вверх. Ноги превратились в змеиный хвост, на котором она пружинисто раскачивалась.

— Ты всё ещё не хочешь вернуться домой? — спросила Инанна Морану. Та улыбнулась, обнажая длинные острые змеиные клыки, и отрицательно мотнула головой.

— Досмотрю эту историю в первом ряду, дорогая тётя.

— Как скажешь, милая. Ты неплохо справлялась.

— Дядя, если Аринара — дракон, то она может спокойно вернуться к своему дар-дракону. Девочка страдает без него. Да и он тоже. Мне порой крайне тяжело подавлять их тягу. Они видятся каждую ночь по ту сторону. Пару раз мне не удавалось стереть воспоминания. Думаю, и сегодня роды были спровоцированы именно этим. Я не успела вернуться к ней домой, чтобы стереть воспоминания. Что такого она увидела?

— Валардрагон и Кариссия исполняли ритуальный танец, — Наргал так и держал на руках спящее семейство.

— Ты допустишь этот брак? — полюбопытствовала Инанна.

— Аринара должна быть уверена, что Валардрагон женился. Иначе не состоится новый выбор.

— Ну что ж, брат, следуй плану. Цель оправдывает средства.

Богиня сделала несколько пассов руками, раздвигая ткань бытия. Зыбкие края разошлись в стороны, и все участники сегодняшних событий шагнули в лесной дом на склоне горы на краю Ледяного предела.

В очаге тут же загудел огонь. В котле стала закипать вода. Большой лохматый пёс Хантер выбежал из-за ближайших деревьев и заскрёбся в дверь в тот самый момент, когда боги этого мира ушли в свои чертоги. Морана уже в привычном образе Верховной жрицы впустила его и потрепала по большой лобатой голове. Немного отстав от Хантера, к дому подошли юный маг Эль и рыженькая веснушчатая девчонка Лола.

Дети, увидев Морану, прибавили ходу и влетели в дом, наперебой спрашивая, что произошло и где Айрина. Морана улыбнулась каждому, погладив детей по макушке, и, отступая, позвала их в комнату молодой мамы. Уставшая в родах женщина крепко спала, прижимая к себе двух сопящих малышей, пополнивших их многорасовую семью. Драконы, маг, человек и Верховная жрица Инанны.

36. Глава 10. Воспитательные моменты

Через три года

— Мама, Дар говорит, что с девчонками не дружит. С ними одна морока! — моя дочь упорно лезла ко мне на колени, пока я создавала новый артефакт. Ничего не оставалось, как отложить изумруд и тонкую золотую оправу в сторону и уделить внимание ребёнку.

С момента, когда моя двойня появилась на свет, прошло три года. Но малыши выглядели лет на пять. Сын Дарий и дочь Богдана. Мальчик рос быстрее хрупкой девочки. Был задирист, как молодой петушок, упрям, как ослик, и целеустремлен. Весь в отца. Богдана же росла слабым ласковым котёнком, очень любящим сидеть на ручках у взрослых.

— Дарий, — позвала недовольно сопящего хулигана. Синий вихор на челке снова загнулся назад, и я потянулась его пригладить, но мальчик увернулся из-под моей руки.

— Я — мужчина. Я сказал, ты должна слушать! — тон расходившегося сына мне не нравился. Слышала я в его речах то, чего не должно было быть по отношению к близким. Откуда нахватался?

— Может, и я тебя должна слушать? Я тоже девчонка, — холодно поинтересовалась, выгнув бровь. Всем видом я показывала своё недовольство поведением сына. Пока это действовало. Но страшно было даже подумать, что будет, когда он подрастёт. Уже сейчас из него лез гонор дракона, и это он ещё не оборачивался. Я выяснила, что первый оборот должен произойти лет в пять.