Читаем Выбор сердца (СИ) полностью

От полноты чувств я протяжно закричала, задирая морду вверх. В глубине   груди зародилась щекочущая вибрация и вырвалась через пасть золотистой магической струёй. Она ударила в свод пещеры, оплавляя камень.

Вдруг в животе снова резануло болью так, что хвост выгнулся назад и задрался прямой палкой вверх. Мой плач был похож на рокот камнепада в глубоком ущелье.

Навалилось воспоминание о моей беременности, о моём дар-драконе Валардрагоне, и о том, почему он не рядом со мной именно в этот момент, когда так нужен. Я ощущала, понимала каким-то внутренним чутьем, что рядом со мной должен быть дракон, чтобы я смогла разрешиться от бремени. Я стонала, тёрлась чешуёй живота о песок на полу пещеры, куда я вылезла из бассейна, но родовой ход не открывался. Дракончик во мне крутился из всех сил, упорно старался родиться, но силы покидали его. Он ведь ещё так мал.

Вдруг в пещере стало намного светлее. Но этот свет не раздражал, он был приятно-успокаивающим. Из тёмного провала шагнула Морана с неизменной сумкой через плечо. Она казалась настолько маленькой, что открытие этого факта немного отвлекло от происходящего со мной. Морана уверенно подошла ко мне и вытянула руку, не смея прикоснуться в ожидании моего дозволения. Я сдвинула голову и лизнула её длинным, слегка влажноватым языком. Он оказался сверхчувствительным. Через этот контакт я оценила и температуру жрицы, и биение сердца, и частоту дыхание, насколько она здорова и даже смогла распознать привкус травяного мыла и вкус пота.

Забывшись, я заговорила с ней, но вместо человеческих слов из пасти вырвалась драконья речь.    

—  Тише, тише, малышка, —  заговорила Верховная жрица, и её я понимала, —  сейчас я посмотрю, чем тебе помочь.

Она стала бойко ощупывать слабо толкающегося малыша. Под её руками ребёнок снова усилил напор, отчего мои бока стали ходить ходуном, а дыхание резко участилось. В районе под хвостом пульсировало и тянуло. А сам хвост вновь болезненно изогнулся под прямым углом к позвоночнику.

Морана отошла и вдруг стала взывать к Инанне, попутно доставая из сумки пучки трав, засушенные голубые цветочки, свечи. Со всем этим она проводила какие-то манипуляции, свечой вычерчивала ритуальные рисунки. Речь жрицы зачастила, переходя на речитатив.

В ответ на её призыв пространство дрогнуло и расступилось, впуская внутрь пещеры красивую молодую пару. В женщине я узнала Инанну, мужчина был мне незнаком. Но я прикипела к нему взглядом, ощущая мощную родственную мужскую энергетику дракона. Золотого дракона.

В человеческом обличье он был высок. Правильные черты лица и острый взгляд немного раскосых тёмно-золотых глаз. Длинные золотые волосы, заплетённые в мелкие косички и рассыпавшиеся по широким плечам. А на лице поблёскивали золотые чешуйки.

—  Наргал? — догадалась и немного приподнялась на передних лапах. Мне не нравилось чувствовать себя такой беззащитной и открытой, какой я на самом деле сейчас была.

— Да. Аринара.

Дракон подошёл близко и протянул руку, чтобы погладить меня по голове. Я со стоном склонилась, чувствуя его подавляющую силу. Даже человеком он  ощущался сильнее, чем я драконом.

— Это ты сделал меня такой? Зачем?

— Я, — ласкающая рука успокаивала. — Тебе не нравится?

— Ты не спросил меня, хочу ли я этого.

— Глупая моя маленькая девочка. Чтобы принимать такие решения, нужно понимать, о чём идёт речь. А ты, пока была человеком, никогда бы это не осознала. Выбор — это иллюзия, Аринара.

— Почему ты так меня называешь?

— Родители дают имена своим детям. Вот и я дал тебе, моему созданию, имя.

— Родители?

— Я твой создатель. Отец.

Я нервно засмеялась и повернула голову к Инанне. Богиня тут же подошла к брату и тронула его за плечо.

— Пора, брат. Дальше затягивать опасно.

Наргал в доли секунды превратился в огромного золотого дракона. Его туша нависала надо мной, но беспокойства я совершенно не ощущала. Наоборот, моё тело приятно вибрировало, ощущая его мощь. Перед такой силой хотелось склониться.

Дракон придавил меня к земле, крепко фиксируя между лап. А дальше произошло то, отчего я чуть не вылетела из-под него юрким вьюном с истеричным визгом. Наргал изогнулся и стал лизать меня под хвостом! В том самом месте, где всё безобразно пульсировало и напрягалось особенно сильно, когда малыш толкался в родовой ход.

От рассерженного рыка Наргала я огромным сусликом застыла на одном месте.  Драконы не умеют краснеть, но я думала, что сгорю от стыда, когда он продолжил своё дело, смазывая меня секретом, который стал выделяться из специальных мешочков у верхних клыков. Язык толкался с одной стороны, малыш с другой, пока родовая пробка не растворилась от драконьего секрета, и в один из следующих толчков малыш родился. Совсем маленький дракончик был размером с крупного кота, в ошметках плотной оболочки, разодранной с одной стороны под силой натяжения. Льдисто-голубая чешуя переливалась ледяной магией, такой же, как у Валардрагона.