Читаем Вулкан любви полностью

Ее рассада в горшках на кухне быстро подрастала, а герань еще не взошла. Она полила то и другое, потом стала застилать бумагой полки в кухонном шкафу. Это место вполне годилось для фарфоровой горки. Интересно, что сделал бы Слоан, если бы она заказала фарфор?

В первый же солнечный день после возвращения Слоана Саманта вышла поработать на огороде. Обычно она повсюду таскала с собой винтовку, но поскольку руки теперь всегда были заняты тяпкой или лопатой, пришлось надеть отцовский пояс с пистолетами. У нее не было особого опыта обращения с кольтом, и Джо учил ее стрелять, когда находил время.

– Это всего лишь песок и щебень! Неужели ты надеешься здесь что-то вырастить?

Этот голос не застал Саманту врасплох: она предполагала, что он все же рискнет выйти. Правда, девушка не ожидала, что Слоан заговорит с ней, но тем не менее продолжила свое занятие.

– Компост. Навоз. Здесь хорошая песчаная почва, а не какая-нибудь глина… Стоит добавить немного подкормки и воды, и тут будет расти все что угодно. Главное – соблюдать порядок культивации. Я, к сожалению, не знаю, когда тут бывают первые заморозки, а когда последние.

– Когда как. Мы не так уж высоко в горах, чтобы снег шел в июне, но климат тут отнюдь не мягкий.

Саманта отметила про себя, что он старается держать дистанцию. Не важно. Уже одно его присутствие и то, что он заговорил с ней, вызывало ее ликование. Эх, хорошо бы этот разговор не кончался никогда!

Кого она пыталась обмануть? Она хотела, чтобы Слоан подхватил ее на руки и любил, безумно и страстно. Ее колени ослабли от одной этой мысли.

Она продолжала копать, повернувшись к нему спиной.

– Ничего. Я умею выращивать морозостойкие культуры. Салат, например, или горох. Хорошо бы водокачка была помощнее…

– Я как раз подумывал провести водопровод в отеле. Если хочешь, я выведу сюда насос.

Саманта не могла больше работать. Воткнув лопату в землю, она обернулась.

Хорошо, что девушка опиралась на нее. Слоан смотрелся великолепно, скорее даже величественно – в своем модном сюртуке, рубашке в сборку и расшитом жилете. Белизна рубашки лишь подчеркивала бронзу потемневшего лица. Он похудел, щеки впали, черты лица огрубели. На одной щеке заживала глубокая царапина, он почему-то прихрамывал. Неизвестно, что произошло с ним за это время, но выглядел он отнюдь не лучшим образом.

Но скрыть желания в своем взгляде Толботт не мог. Приятно, черт возьми, что «муж» сгорал от страсти так же, как и она; давно миновало время ледяного Слоана Толботта. Казалось, будто он съездил в ад и обратно.

– Держу пари, что на рудниках облегченно вздохнули, когда ты уехал, – заметила Саманта небрежно.

– Мне нравится держать рабочих в напряжении. Теперь вот намерен двинуться во Фриско. Хочешь со мной?

Саманта всегда думала, что у него серые глаза. Сейчас они стали черными как смоль. Что ж, может пылать сколько угодно, если рассчитывал, что с ней ему будет так просто!

– Намерен упростить дело для Андерсона? Ты так и не рассказал мне, почему он хочет покончить с тобой.

Толботт не двинулся с места.

– У меня есть кое-какие соображения, правда, я пока не совсем уверен. Не хотелось бы уезжать от тебя слишком далеко. Лагерь на рудниках в нескольких часах езды верхом отсюда. До Фриско – больше суток. Мне было бы спокойнее, если бы ты находилась в моем поле зрения.

– А если посмотреть с другой стороны? За тобой охотится Андерсон. Но я спущусь с горы только в том случае, если ты будешь держаться от меня подальше. Я тебе не Мелинда и не собираюсь спать ни с кем, кроме собственного мужа!

Его лицо окаменело.

– Мне нечего больше предложить, Саманта. Я оставил жене свое имя, свою репутацию, свою профессию и все, что имел. Я располагаю только своей постелью. Или ты берешь то, что есть, или я умываю руки.

Она пожала плечами.

– Я уже сделала свой выбор. А ты – свой. Во Фриско возьмешь с собой Джо.

Казалось, он что-то хотел сказать, но лишь сжал кулаки. Видимо, его так и подмывало хорошенько ее встряхнуть. Однако он круто развернулся и оставил Саманту с ее огородом и лопатой. Иного она и не ожидала.

Но боль осталась. Больно было сознавать, что она для него не больше чем женщина для постели. Ясно, что его первая жена погубила все, чем он хотел стать, правда, непонятно, каким образом, но что есть, то есть. Толботт построил себе новую жизнь. Почему же он так не хотел, чтобы кто-нибудь разделил ее с ним?

Саманта ни секунды не верила, что таково было условие развода. Развод был отговоркой. Слоан Толботт, насколько она его знала, вполне мог бы проконсультироваться с хорошим юристом и освободиться от любых законных уз. Нет, он просто предпочитал использовать это соглашение в качестве пожизненного барьера, чтобы не сближаться с ней слишком тесно. За исключением постели.