Читаем Вторжение полностью

— В первые дни целая улица возле вокзала была заставлена переносками с котами и кошками, а к деревьям было привязано множество собак. Далеко не всегда можно вывезти животных, тут много нюансов и ограничений. И люди были вынуждены бросать питомцев.

Я ужасаюсь:

— Так зачем же привязывали? Почему не выпускали из переносок? Ведь так у животных не оставалось шансов!

А мне объясняют:

— В течение дня всех зверей местные разбирали по домам. И так все время, пока было необходимо.

ДМИТРИЙ:

День 41. 5 апреля 2022

Продолжаем работу над сборником. Сделали еще одно благотворительное перечисление — на лекарства для харьковчан: на те самые, которые закупают и отправляют в Харьков Сережа, Алиса, и Маша. Собрали для Мартина недостающую информацию об авторах словацкого сборника. Переслали.

Перечислили денег на бронежилет харьковской волонтерке, которая под обстрелами развозит лекарства нуждающимся в них людям.

ОЛЕГ:

В эти дни меня часто спрашивали: почему я не перебрался в Россию? Приводились вполне весомые на первый взгляд аргументы: «Тут много ваших читателей, вы сможете спокойно получать доход от ваших книг…»

Я ответил:

— Если самолёт бомбит мой родной город, разрушив дом, где живут мои дети и внук, я не могу бежать навстречу этому самолёту, раскрыв объятия.

Одни поняли. Другие удивились такой неразумной щепетильности. Что ж, каждому свое.

ДМИТРИЙ:

День 42. 6 апреля 2022

Поступили последние рассказы. Все прочли. Сборник скомплектован. Свел все файлы рассказов в один большой файл сборника, добавил содержание, заголовок, выходные данные, немного все это «отрихтовал». Остальное сделает Евгений Ступников, админ нашего сайта, где мы будем публиковать сборник. Работа почти завершена.

Виктория и Патрис Лажойе из Франции, замечательная супружеская пара переводчиков, подготовили сборник из художественной и документальной прозы на французском языке, куда, кроме всего прочего, вошли наши рассказы и посты в Фейсбуке, где мы с Олегом писали об обстрелах Харькова, о нашей эвакуации, о волонтерах, о Львове — то есть, фактически «дневники войны». Там же будут подобные дневниковые заметки и художественная проза других украинских авторов. И даже гонорар прислали, авансом.

Спасибо, Виктория и Патрис! Гонорар, конечно, совсем не повредит, но публикация на французском, и в первую очередь заметок о войне — это сейчас куда важнее.

ОЛЕГ:

Во двор частного дома, где живёт мать моего зятя, прилетело два артиллерийских снаряда. Теперь во дворе есть пара устрашающих воронок, а в окнах нет стекол, они вылетели

Хозяйка дома прячется в подвале у соседей. Своего подвала в доме нет.

Радуемся: человек остался жив. Остальное пройдет: отстроим, наладим.

ДМИТРИЙ:

День 43. 7 апреля 2022

В военкомате изменили порядок постановки на воинский учет. Теперь надо явиться с документами в районную администрацию, где будет принимать военком. С утра пораньше приехали туда вместе с сыном Сергеем. Час в очереди прождали без проблем. Нас обоих зарегистрировали и направили на медкомиссию на 13-е апреля. Вот тогда и выясним: возьмут нас в армию, или нет.

А пока надо продолжать работать, заниматься сборником.

Отослал скомплектованный файл сборника Олегу, а он переслал его админу нашего сайта Евгению Ступникову. Подготовил черновик предисловия к книге, Олег его отредактировал — и тоже заслал админу. Написал объявление о сборнике для Фейсбука, нашего сайта и других интернет-ресурсов. Дальше — по той же схеме: Олег отредактировал и выслал Ступникову.

На сегодня все. По сборнику сделали, что могли. Теперь ждем, когда Ступников все сверстает и переведет в разные форматы, а Катя нарисует и пришлет обложку (писала, что набросок уже готов). Тогда публикуем и оповещаем народ.

Мартин собрал на краудфандинге запланированную сумму на свою антологию: 1000 евро. Собрал всего за две недели, а впереди еще 29 дней. Так что проект Мартина уже удался!

Добрался до этого дневника (несколько дней было не до того), дополнил записи до сегодняшнего дня.

ОЛЕГ:

В очереди на регистрацию перемещённых лиц стоит семья из Чернигова. Женщина грустно говорит:

— А нам и возвращаться уже некуда. Совсем некуда…

И треть очереди, вздыхая, кивает: нам, мол, тоже.

Говорит другая молодая женщина:

— А я подала заявление на помощь в связи с разрушением жилья…

— А вы точно знаете, что оно разрушено?