Читаем Второстепенный: Плата полностью

Когда я во время прогулки по городу задержала взгляд на витрине с булочками, он тут же завёл меня в кафе. В кафе он рассказывал о городе таким голосом, что заслушались все, кто там оказался. Что говорилось – я потом толком так и не вспомнила, но вот как – отозвалось в теле сладкими мурашками. Он бросал на меня такие взгляды, что коленки подкашивались. И даже понимание его действий ничуть не спасало. Когда мой взгляд сам собой начал сползать на его губы, он хищно улыбнулся и сделал контрольный выстрел: взял меня за руку.

Ну взял и взял, да? Меня многие мужчины брали за руку, и ничего. Ха! Они просто не умели этого делать. Они не знали, как выбрать момент, как мазнуть по ладони кончиками ногтей, как опустить свои пальцы на запястье и положить руку так, чтобы искры ощущений рассыпались по всему телу сладким томлением. Я понятия не имела, что у меня настолько чувствительная кожа!

Звякнул колокольчик. В лицо плеснул холодный воздух, немного придержав гормональную бурю. 

- Кого я вижу! – проскрипела древняя, словно сама земля, старуха, встряхнула седыми остатками былой роскоши, скинув шапку, и поковыляла в нашу сторону. – А я уж думала, что внуки обознались. Какой эльт в нашем захолустье? А это Корион Хов всё-таки соизволил выйти в люди!

Она остановилась прямо перед нашим столиком. Складки и морщины на её лице собрались в улыбку. Мелькнули красивые керамические зубы. Мутные карие глаза устремили взор на профессора. И вообще бабуля повела себя так, словно меня здесь не было.

В чёрных глазах словно захлопнулись двери. Корион повернул голову странным, каким-то не вполне человеческим движением и неохотно кивнул – будто кукловод дёрнул за нитку. Моей руки он не выпустил. 

- Здравствуй, Роза, – ровно сказал он и щелчком пальцев выдвинул из-за стола стул. – Время тебя не пощадило.

- Мог бы хоть для приличия сказать комплимент, хотя бы об улыбке, – Роза с облегчением устроилась на стуле, вытянула толстые ноги и небрежно кивнула на меня. – Решил скрасить вечерок?

Корион медленно поднял мою руку и поцеловал запястье, на мгновение опалив взглядом.

- Это Валенсия. Моя будущая жена. Валенсия, это Роза. Моя племянница.

Племянница?!

- Жена?! – Роза заморгала, посмотрела на меня внимательнее. – Она же человек. Решил начать семейную жизнь с пробника?

У меня возникло острое желание выдрать старухе остатки кос. В руку сам собой лёг столовый нож. Во рту разлился приятный яблочный вкус.

- А не заткнуться ли вам, миссис? – едва сдерживаясь от того, чтобы не вспороть дряхлое горло прямо здесь и сейчас, вкрадчиво спросила я. 

- Придержи язык, Роза! - рявкнул Корион. - Куда только смотрит Ричард?!

Роза треснула по столу так, что ложки подпрыгнули. В мутных глазах показались слёзы.

- Опомнился! Брата вот уже три года как похоронили! – воскликнула она. – А он до последнего тебя ждал!

Новость о смерти племянника не произвела на Хова никакого впечатления.

- Что бы ты ни думала, Роза, лекарства от старости эльты не придумали. Вы и так теперь живете в три раза дольше, чем до Великого Паритета, – хладнокровно отрезал он. – Уходи. Ты мешаешь, – и развернулся ко мне. 

- Я-то уйду, – зловеще протянула Роза. – Я-то уйду. И твоя невестушка тоже уйдёт. А ты останешься.

Я с размаху вонзила нож в стол, ровнёхонько между артритных пальцев. Старуха шарахнулась, чуть не упала и неловко забарахталась на стуле в попытке удержать равновесие.

- Говорите за себя, миссис, – радостной акулой улыбнулась я и облизнула сладкие губы. – А я обойдусь без советчиков. 

- Чокнутая!

Наверное, так быстро Роза бегала только во времена своей молодости. 

Корион потянулся и с едва заметным усилием выдернул нож, оценил глубину зазубрины, прежде чем её устранить, уважительно хмыкнул. Я сидела, смотрела на него и чувствовала, как медленно, вместе с яблочным привкусом, отступает волна гнева. В голове было пусто до звона. А Корион уже приступил к новому пирожному.

Нужно было срочно что-то сказать. Ступор после такой вспышки насторожил бы любого. Даже эльта.  

- Вы не удивлены, – кое-как собравшись с мыслями, сказала я.

- Однажды ваш брат приставил мне осколок стекла к горлу, чтобы добиться своего. Так что я что-то такое подозревал и о вас, – спокойно ответил Хов. – Вам два кубика сахара или один?

Обожаю этого мужчину. Даже несмотря на то, что он расист.

- Два. У вас с родственниками… странные отношения, – заметила я осторожно.

Корион чуть поморщился и отложил ложечку, посмотрел на меня странно, словно бы прикидывая, как соврать получше.

- Вы удовлетворитесь фактом врождённой мизантропии, или же мне рассказать вам душераздирающую историю о своём трудном детстве, перед которой блекнет даже судьба Джеймса Берка?

Я понятия не имела, кто такой Джеймс Берк. Но если свести вместе всё, что удалось узнать о профессоре, то можно было сделать вывод, что это некий аналог Оливера Твиста.

- О, я верю, вы своей историей вышибли бы слёзы и из статуи, – хмыкнула я. – Но здесь нет Вадима, и мне никто не поможет снять лапшу с ушей. Это ему вы не соврёте, а мне – запросто. Я ведь человек, а вы людей не любите.