Читаем Встреча полностью

Они начали с места былой работы: сероглазая красавица, живущая в поселке неподалеку от полигона, рассказывала, что их бывший дом разорен и заброшен, стекла выбиты, по коридорам гуляет ветер, а в бывшей столовой воздвигнут лимонадный завод, на котором она теперь трудится. Инженер РЛС сокрушался, что не выпаял вовремя из своей РЛС обогащенные золотом микросхемы, которые можно было дорого продать на электронном рынке. Бывший начальник с усмешкой заверил его, что еще пять лет назад имел точно такие же мысли в отношении кабельных вводов, местоположение которых было известно узкому кругу лиц, и уже даже ездил с приятелем на машине, чтобы вырыть их и вырезать, но отсутствовали уже не только вводы, но и каналы были засыпаны землей, на которой щедро росла лебеда.

Бывший геофизик слушал их со счастливой улыбкой, эту встречу инициировал и организовал именно он, работая на двух работах в охране мебельной фабрики и джинсового магазина, проводя на службе долгие часы в одиночестве или в компании людей совсем иного круга, он испытывал дефицит общения и давно мечтал вот так собраться, а, узнав недавно, что трое из тех, кто когда-то сидел за столом в доме на полигоне, уже никогда больше не появятся рядом, он еще яснее ощутил, что наступает момент, когда надо чаще встречаться с близкими по духу, родству или связанными общими воспоминаниями людьми и пытаться осмыслить так стремительно утекающую в бестолковой суете жизнь. В последнее время он ловил себя на том, что помешивая, скажем, утренний чай, или чистя зубы в ванной, или входя в теплый дом с морозной улицы, он внезапно понимал, что вот этот самый момент никогда не повторится, что отпущенное ему время неуклонно сжимается, и что все в жизни бывает только в последний раз.

Тем временем собеседники вернулись к настоящему, канва которого была уже более или менее прочерчена, наступил период деталей. Сероглазая и кудрявая женщина говорили о детях и внуках и с кроткими и умиротворенными улыбками показывали их фотографии. Хозяин, единственный, сохранивший верность профессии, со сдержанной гордостью рассказывал о своей нынешней работе в области спутниковой связи. Бывший инженер РЛС описывал свое автономное существование, его рыбная фирма работала совершенно нелегально, обходя налоговиков, санэпидстанцию и прочих чиновников, осложняющих людям жизнь. Он рассказывал о технологии засолки и хранения рыбы, о том, что на оптовой базе, где он арендует помещение, его называют "селедочником", что ему наплевать, как ни назови, главное то, что он - сам по себе, и ни от кого не зависит. Вызывающе вскинув голову, он говорил, что часто, действительно, работает сам, без помощников, в резиновом фартуке и перчатках, потому что своевременность в данном процессе важней всего - зазеваешься, и можно выбрасывать товар. Он говорил также о тотальном пьянстве и безответственности работающего у него народа, о большом количестве добавляемой в продукцию химии, о том, что красители и консерванты, хоть и одобренные официально и сертифицированные, до дыр разъедают перчатки и фартук, и что сам он продукцию свою не ест и знакомым своим не советует.