Читаем Вспомнить всё полностью

Пожимая протянутую доктором Джонсом руку, Джордж Мюнстер обнаружил, что ладонь его нисколько не холодней человеческой, в меру мягка, однако крепка, сильна по-мужски.

– Понимаете, – продолжил он, – я – отставной солдат, ветеран войны. За это и квартиру в кондоминиуме ВЭФ-395 получил. По ветеранской льготе.

– О да, как же, как же! – мерно, негромко тикая, засекая затраченное на посетителя время, откликнулся доктор Джонс. – Война с блобелями…

– Точно. Я с ними три года отвоевал, – подтвердил Мюнстер, нервно приглаживая длинные, темные, изрядно поредевшие волосы. – Из ненависти к блобелям пошел на войну добровольцем. И лет-то всего девятнадцать, и работа была хорошая… но первым делом – священный долг, очистка родной системы от блобелей…

– Вот как, – кивая в такт тиканью часового механизма, хмыкнул доктор Джонс.

– Воевал я исправно, – продолжал Джордж Мюнстер. – Две медали, благодарность в приказе. Капральское звание – за то, что в одиночку зачистил спутник наблюдения, набитый блобелями битком. Сколько их там было точно, мы так и не поняли: блобели – они же то делятся надвое, то сливаются из двух в одного – поди тут сосчитай…

Казалось, нахлынувшие чувства комом застряли в горле. Даже воспоминания, даже рассказы о прошлом рвали душу на части! Осекшись, Джордж Мюнстер опустил голову на изголовье кушетки, расслабился, закурил.

Блобели… Тысячи лет назад прибывшие из иной звездной системы – вероятнее всего, с Проксимы, они заселили Марс и Титан, где добились немалых успехов в сельском хозяйстве. Продукт эволюционного развития обыкновенной одноклеточной амебы, довольно крупные, обладавшие высокоразвитой нервной системой, однако так и оставшиеся амебами с псевдоподиями вместо конечностей, размножающимися бинарным делением, инопланетные создания казались большинству терранских колонистов откровенно отталкивающими.

Причиной войны с ними стали разногласия в экологических предпочтениях. Департамент Внешнеэкономической Помощи ООН пожелал изменить состав атмосферы Марса, сделав ее более пригодной для колонистов с Терры. Разумеется, марсианским колониям блобелей перспективы таких перемен пришлись не по вкусу. С этого ссора и началась.

«Ну, а половину воздушной оболочки, ясное дело, не изменить: броуновское движение есть броуновское движение», – рассеянно подумал Мюнстер.

Не прошло и десяти лет, как измененная атмосфера окутала всю планету, чиня блобелям бессчетные – по собственным их утверждениям – неудобства и беды. В отместку космическая армада блобелей, приблизившись к Терре, разместила на ее орбите сложный автоматический комплекс спутников, предназначенных для постепенного преобразования терранской атмосферы, однако довести преобразование до конца блобелям так и не удалось. За дело взялось Военное Ведомство ООН, спутники блобелей уничтожили самонаводящимися ракетами… и война заполыхала вовсю.

– Скажите, мистер Мюнстер, в браке вы состоите? – осведомился доктор Джонс.

– Н-нет, сэр, – содрогнувшись, ответил тот, – и… словом, когда я закончу рассказ, вы сами поймете, в чем дело. Понимаете, доктор, – заговорил он, загасив окурок о донышко пепельницы, – честно признаться, войну я закончил терранским разведчиком. Шпионом. Был переведен в разведслужбу приказом, за отвагу на поле боя… сам на такой перевод не напрашивался.

– Понимаю, – негромко пробормотал доктор Джонс.

– Да ну?! – в запальчивости вскричал Мюнстер. – А известно ли вам, что в наши дни требуется от терранина для успешного внедрения к блобелям?

– Да, мистер Мюнстер, – кивнув, подтвердил доктор Джонс. – Вам пришлось, отказавшись от человеческого облика, принять отталкивающее обличье типичного блобеля.

Мюнстер, умолкнув, нахмурился, в бессильной злости сжал кулаки. Долгое время воцарившуюся в кабинете тишину нарушало лишь мерное тиканье доктора Джонса.

Под вечер, вернувшись к себе, в небольшую квартирку на четвертой галерее строения ВЭФ-395, Мюнстер откупорил солидную – пятая часть галлона – бутылку «Тичерс», уселся за стол и припал губами к кружке с налитым в нее виски: сил не осталось даже на то, чтобы достать бокал с полки над кухонной раковиной.

Что дал нынешний визит к доктору Джонсу? На его взгляд, ровным счетом ничего, только здорово подточил и без того скромные финансы. Почему скромные? А вот почему.

Несмотря на все собственные старания, на все старания медиков из Бюро Медицинской Помощи Ветеранам Войны при ООН, Джордж Мюнстер до сих пор почти на двенадцать часов в сутки принимал прежний, военных времен, облик блобеля. Бесформенной студенистой массы вроде громадной амебы. Прямо посреди собственной квартирки в ВЭФ-395.

Стоило ли удивляться, что все его доходы ограничивались скудной пенсией от Военного ведомства? Найти работу он просто не мог: как только его хоть куда-нибудь брали, нервное напряжение вынуждало организм преобразиться, не сходя с места, на глазах у нового работодателя и коллег.

Ясное дело, завязать нормальные рабочие взаимоотношения подобные фокусы вовсе не помогали.