Читаем Всепрощающий полностью

С тех пор больше к нему Риаз не приходил. Даже мимо дома не появлялся. На это были свои причины. Обида и разочарование стояли естественно на первом месте, но иной причиной стала проблемы в школе. Риаз стал более раздражительным, начал резко реагировать на обидные вещи и появились мрачные взгляды на жизнь. Да и сам он стал выглядеть мрачновато. На него жалобы стали приходить чаще. Его начали опасаться и пуще прежнего сторонится, прогоняя с места на место. Также он начал подолгу пропадать после уроков неизвестно где. Плюсом ко всему прибавился слух о том, что в городке бесчинствует вирус, который якобы косит птиц и мелких зверей наповал. Причастным к этому сразу сделали Риаза, посчитав, что он болеет. Это объясняло его новое поведение. Однако, несмотря на это Риаз старался быть по-прежнему отзывчивым, добрым, снисходительным и делать всё во благо, но получалось теперь совсем наоборот. Джонас всерьез начал беспокоиться о судьбе своего друга, и однажды решил после уроков за ним проследить, чтобы узнать, куда теперь он идёт каждый вечер. Слежка за ним поздно вечером, когда на улице уже стемнело, привела его вглубь городского парка. Зажглись фонари. Холодный ветер стал гулять меж деревьев, колыхая листву. Джонасу стало не по себе и начал вести более аккуратно и внимательно. Он упустил Риаза из виду и никак не мог его найти. Вдруг чуть правее дорожки за кустами донеслись странные звуки и копошение. Джонас зашёл в кусты, раздвинул ветки и вышел на плохо освещаемую полянку. Свет фонарей частично не доходил до этого места. Риаза пока не было видно. Джонасу надоело играть в прятки, и хотел окликнуть его, но остановился. Посередине поляны стоял знакомый силуэт. Джонас, осторожно ступая, подошёл ближе, чтобы получше разглядеть. Силуэт стоял спиной к нему, так что невидно лица и склонился над чем-то, усердно пыхтя. Подойдя достаточно близко Джонас наконец узнал этот силуэт.

– Риаз?

Силуэт испуганно развернулся. Да, это был он. В руках он держал птицу. Риаз уронил её на землю, и та беспомощно упала в траву. Посмотрев под ноги, Джонас ужаснулся и мурашки холодом прошлись по спине: вся поляна была усеяна такими птицами. Но больше всего их валялось возле ног Риаза. Джонас медленно попятился.

– Джонас, что ты здесь делаешь? – спросил Риаз, не ожидая его здесь увидеть, и сделал шаг навстречу.

– Не подходи…– испуганно сказал Джонас с большими глазами от страха, по-прежнему пятясь назад.

– Ты, что, меня не узнаешь? Это ведь я, Риаз, твой лучший друг.

– Не подходи. Не надо! – взмолился Джонас.

– Постой, позволь мне тебе показать…

– Пожалуйста, не трогай меня!

Джонас хотел побежать, но споткнулся об камень и упал на спину. Риаз подбежал и схватил его за руку.

– Не трогай! Отпусти!

– Да нет же, смотри. – сказал Риаз и мир как-то странно преобразился. Всё вокруг ещё сильней потемнело, словно контрастный фильтр поставили на камеру. В протянутой открытой ладони Риаза, в которой изначально ничего не было, светился маленький огонёк чем-то напоминающий сердце. Он как будто парил в его руке и иногда пульсировал. Джонас привстал с помощью Риаза, который до сих пор держал его, и уставился на ладонь.

– Ух ты… какая красота. – восхитился Джонас, завороженный необычным зрелищем.

– Теперь ты видишь тоже, что и я. Понимаешь, теперь куда я иду каждый день?

Это конечно было красиво, но Джонас снова огляделся и страх вернулся.

– И ради этого ты перебил столько птиц?

– Я их не убивал. Они все живы и дышат. Присмотрись.

Джонас присмотрелся к одной из пташек, и действительно оказалась, что она дышала. Никаких порезов и укусов на ней не было.

– В первый раз у меня это вышло случайно. – сказал Риаз смотря на «огонёк». – Я не хотел его присваивать себе. Мне просто было интересно и взял посмотреть. Но потом видимо не рассчитал силы, и он во мне исчез. И вот с тех самых пор я вижу «огоньки» в каждом если захочу.

Риаз преподнёс ладонь к груди, прижал её и свечение исчезло в нём. Джонас открыл рот от удивления.

– У тебя он тоже есть. Если опустишь голову, то сможешь его увидеть.

Джонас послушно опустил и дальше не знал, то ли ему удивляться, то ли ему пугаться. В груди возле сердца практически вплотную горел такой же «огонёк», но только побольше. Риаз отпустил его руку и всё мигом пропало, встав на свои места, как будто и не было ничего.

– Пойдём, присядем на скамейку пока нас здесь вдвоём не увидели. – предложил Риаз и вместе с обалдевшим Джонасом ушёл с полянки, выйдя на дорожку. Они сели на ближайшую скамейку и, убедившись, что кроме них никого нет, Риаз продолжил:

– Эти «огоньки» делают меня сильнее. Я заметил это в начале той драки и тогда решил поглотить их как можно больше.

– Конечно, это здорово, но… зачем тебе столько?

Риаз погрустнел и помрачнел.

– Ты же сам видишь, сколько нехороших людей живёт вокруг нас. Чтобы противостоять им мне тех сил не хватит. Поэтому я решил поднакопить, как следует.

– Плохих людей много. Так зачем на них обращать внимание? Ты ведь всё равно всех не победишь.