Читаем Всепрощающий полностью

– Ну, когда это было. Ты тогда был маленьким, и на многие обычные вещи у тебя была аллергия. Но прошло уже много времени с тех пор, и, может, она уже прошла. Можешь попробовать, если хочешь. Мы тебя подстрахуем.

Хелена принесла с кухни ведро и поставила рядом. Я взял одно печенье и стремительно пихнул себе в рот. Катер слегка поморщился, потому что знал и видел мою реакцию на еду «неподходящую» моему желудку. Я захрустел и всё что почувствовал в тот момент это восторг и изумительный вкус, который успел позабыть. Печенье было настолько вкусным, что я даже закрыл глаза от удовольствия. Катер облегчённо выдохнул и глотнул чая. Потом я предложил печенье остальным, и гости быстро разобрали угощение. Все нахваливали её печёное творение, и маме даже как стало неловко от таких похвал. Вдруг выключился свет и Хелена под дружные поздравления вынесла торт с одиннадцатью свечками. Мама этот торт сделала своими руками, как и всё остальное на этом столе. На торте кремом было написано: «С Днём Рождения Риаз!». Я растрогался и оглядел всех вокруг. Я сидел в кругу своих родных, близких и друзей, которые специально сегодня пришли ко мне и отложили свои дела, что поздравить меня. В конце концов, я заплакал.

– Что такое? – забеспокоилась мама. – Что случилось, облачко моё?

– Простите…– извинился я перед всеми, вытирая слёзы. – Просто… я ещё никогда так не был счастлив.

Все, кроме мистера Катера, растрогались от моих искренних слов, и мама нежно поцеловала меня в щёку со словами:

– Давай, солнышко, загадывай желание.

Я закрыл глаза, подумал, загадал желание и под аплодисменты со всей силы задул свечи. Теперь я точно был уверен, что дальше всё будет хорошо и моё желание непременно сбудется.


******


Глубокая ночь. Дом семьи Эллов. Все внутри уже давно спали и на первом этаже не горел свет, как и на втором. Тишину, в это столь позднее время, нарушали лишь падающие капли из крана на кухне, да машины проезжающие вдалеке долгие километры. Редкие капли из крана и дальше бы бились о дно раковины в одиночестве, если не неожиданно случившаяся странная вещь. Вдруг в гостиной включился телевизор, который выдавал одну рябь и малоприятные шумы помех. Ящик как-то сам пытался самостоятельно настроится на последний включенный канал, но тщетно. Антенна упрямо не хотела ловить сигнал. Рябь начала странно преображаться. Вроде бы телевизор поймал что-то, и картинка начала становиться чётче. Вскоре на экране проявился отчетливый черный фон, на котором стоял Дефоксер со своей фирменной позой и странной улыбкой, которая была похожа на оскал.

– Эй, есть тут кто? Ау! – начал он орать с той стороны экрана. – Все спят что ли? Опять все про меня забыли, а я им сюрприз хотел сделать… Ну, ничего. Если и дальше так пойдёт, а мой рогатый дружочек будет делать, что ему предначертано, как я не пытался исправить, то я вновь скоро буду здесь… Вот тогда-то мы от души повеселимся! Надеюсь, ты меня услышал Полди! Ха!

Дефоксер развёл руками и телевизор начал странно трещать, по экрану снова пошла рябь и с треском выключился, словно внутри что-то сгорело. Дефоксер также неожиданно пропал, как и появился. В окнах бежевого дома возле перекрёстка загорелся свет.


– Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.

– Художником иллюстраций к книге является автор.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Волкодав
Волкодав

Он последний в роду Серого Пса. У него нет имени, только прозвище – Волкодав. У него нет будущего – только месть, к которой он шёл одиннадцать лет. Его род истреблён, в его доме давно поселились чужие. Он спел Песню Смерти, ведь дальше незачем жить. Но солнце почему-то продолжает светить, и зеленеет лес, и несёт воды река, и чьи-то руки тянутся вслед, и шепчут слабые голоса: «Не бросай нас, Волкодав»… Роман о Волкодаве, последнем воине из рода Серого Пса, впервые напечатанный в 1995 году и завоевавший любовь миллионов читателей, – бесспорно, одна из лучших приключенческих книг в современной российской литературе. Вслед за первой книгой были опубликованы «Волкодав. Право на поединок», «Волкодав. Истовик-камень» и дилогия «Звёздный меч», состоящая из романов «Знамение пути» и «Самоцветные горы». Продолжением «Истовика-камня» стал новый роман М. Семёновой – «Волкодав. Мир по дороге». По мотивам романов М. Семёновой о легендарном герое сняты фильм «Волкодав из рода Серых Псов» и телесериал «Молодой Волкодав», а также создано несколько компьютерных игр. Герои Семёновой давно обрели самостоятельную жизнь в произведениях других авторов, объединённых в особую вселенную – «Мир Волкодава».

Мария Васильевна Семенова , Елена Вильоржевна Галенко , Мария Васильевна Семёнова , Мария Семенова , Анатолий Петрович Шаров

Детективы / Проза / Фантастика / Славянское фэнтези / Фэнтези / Современная проза
Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза