Читаем Всепрощающий полностью

– И не забудь за собой волосы смыть. А то они белые валяются по всей ванной и складывается ощущение что не ты купался, а пожилой старик, страдающий от облысения. – сказала ему вдогонку Хелена и ушла выключать телевизор.

В ванной Риаз целый час разглядывал себя в зеркало, пытаясь найти в себе изъян. Он чувствовал, как в нём что-то изменилось, но никак не мог понять что. В какой момент ему даже показалось от паранойи, обретённой за столь короткий срок, что его белки глаз слегка потемнели буквально совсем на чуть-чуть, но это сомнение пришло всего на мгновение. Уверив себя, что всё нормально и боятся нечего, он включил душ. Риаз залез под тёплый поток воды и закрыл глаза от накопившейся усталости.

Тьма. Повсюду была тьма. Она простиралась так далеко, что невидно было границ. Куда бы он ни посмотрел, она везде встречала его. Но свет всё же был. И бил точно по центру этого необъёмного пространства. Свет был словно от повисшей на стене лампы, но самой её не существовало. И помимо всего этого. Там внутри. Освещаемая светом, стояла клетка. Обычная клетка. Навскидку в ней бы уместились три павлина стоящих друг на дружке вместе с хвостами, но пока там была всего лишь одна. Это была птица поменьше. Та самая из парка, которая носилась по ветке и потом свалилась. Она, как тогда, громко голосила и билась о железные прутья, надеясь вырваться на свободу. Птица была полупрозрачной, а в её груди горел жёлтый огонёк. Протянуть руку. Он решил протянуть руку. Птица по-прежнему билась. Белая лапа тянется к клетке. Как только пальцы касаются клетки, всё пропадает, и он падает вниз. Риаз просыпается в поту и вскакивает с кровати. Сердце билось в бешеном ритме. Опять. А вспотел так что одеяло, подушка и простыня оказались насквозь мокрыми. Риаз, чтобы хоть как-то успокоить сердце, положил руку на грудь. Ритм постепенно пришёл в норму и начало клонить в сон. Посмотрев на светильник и убедившись, что свет горит, Риаз лёг обратно в постель. Со стороны может показаться, что он ничуточки не переживает, но на самом деле это не так. Риаз переживал из-за увиденного во сне. Или же это был не сон? У него в голове всплывали всё новые вопросы, которые пока оставались без ответа. Внешне это никак не проявлялось, потому что сон был сильнее переживаний.

Следующий день Риазу принёс приятную неожиданность. Преподаватель по физкультуре, который однажды увидел, как он бегает за уезжающим автобусом, предложил поучаствовать в забеге на окраине парка. Риаз, конечно же согласился, как только услышал, что приз за первое место крутой брелок с оленем, освобождение от уроков на целый день, самая высокая отметка по физкультуре и почетная медаль. К тому же это была прекрасная возможность отличится и получить шанс на хорошие отношения со сверстниками. Соревнование решили провести вместо первого урока в этот же день. Риазу выдали форму, номер и направили в палатку. Когда он вышел оттуда готовым к соревнованию в шортиках и футболке, его на выходе встретил Джонас, который, судя по всему, сбежал с урока, чтобы поддержать участника.

– Готов к забегу? – поинтересовался Джонас.

– Не очень. Кроссовки неудобные попались и футболка маленькая.

– Что тебе и кроссовки выдали?

– Ну да. Это всем такое выдают. Сказали, что так честнее будет.

Участникам дали команду и все, в том числе и Риаз, встали на старт. До начала забега оставалось семь минут.

– Как настрой? – спросил подошедший преподаватель.

– Увы, никак. Мне в кроссовках неудобно. Можно я их сниму?

– В смысле снять? А как ты бегать будешь? – спросил преподаватель с усмешкой.

– Без кроссовок. – ответил по-простому Риаз.

Тот понял, что он не шутит и серьезно ему ответил:

– Нет, такой уж регламент. Поэтому тебе придётся потерпеть.

– А намордник? Намордник можно снять?

– Нет, Риаз, нельзя. Это не от меня зависит. Удачи.

Преподаватель, пожелав всем удачи, направился к финишу, чтобы встретить подопечных там. Риаз, закатил глаза с мыслью, когда всё это кончится, нагнулся, чтобы поправить шнурки.

– О, а я не знал у тебя есть хвостик. – удивился Джонас, стоящий у него за спиной.

Риаз резко выпрямился и подтянул штаны, чтобы скрыть этот малоизвестный факт. Он засмущался и повернулся к другу.

– Только никому не говори ладно? – попросил Риаз Джонаса. – А то меня засмеют.

– Не бойся, я могила. – заверил Джонас, что не расскажет его секрет. – Ладно, увидимся на финише.