Читаем Все в саду полностью

С неба грохнуло, потом сверкнуло, потом грохнуло еще сильнее, и полил страшенный июньский дождь. Струи толстые, как веревки.

Мент подобрал что-то с земли, положил в полевую сумку. Наверное, это была жестяная крышечка от бутылки, которую они с Гимпелем выпили.

– Люблю, люблю, люблю тебя, – заурчала Лизелотта сзади, обнимая Сашу за плечи, целуя и грызя его затылок.

Потом дождь прошел.

Еще потом в дверь постучали.

– Ведь всего ничего осталось! – закричала, как будто в сотый раз, дама в красивом пальто, с высокой укладкой пепельных волос и большими круглыми глазами. – Только диплом защити, умоляю, и будешь инструктор горкома партии!

– Маман, жё не сюи па сёль, ком ву пувэ вуар! – сказала Лизелотта.

– Кто это? – дама повела головой в сторону Саши.

– Ты что, член капээсэс? – спросил Саша у Лизелотты.

– Куда деваться, – сказала она. – Со второго курса. По блату.

– Кто это? – повторила дама, теперь уже в упор глядя на Сашу своими круглыми сине-зелеными глазами. Как бирюзовые клипсы у нее в ушах.

– Дай мы тебя проводим, – сказала Лизелотта и надела тонкие импортные трусики, а сверху – брезентовые штаны.

Хорошо, Саша успел натянуть брюки еще до того.

Вышли, дошли до ворот.

– Познакомимся же, наконец! – дама первая протянула руку. – Валентина Аркадьевна.

– Саша, – ответил Саша.

– Вы все-таки кто? – спросила дама.

– Студент четвертого курса. Филфак. То есть вот перешел на четвертый.

– А Лизочка уже на пятом, – строго сказала дама. – Философский факультет.

За воротами стояла черная “Волга” с желтыми подфарниками и белыми шелковыми занавесками на стеклах задних дверей. Знаки высшей силы.

– Я знаю, – сказал Саша.

– Знаете, и что? – странно спросила дама.

– Познакомься, мама, это мой муж! – слегка паясничая, сказала Лизелотта.

– Ну зачем же так сразу перед фактом? – Валентина Аркадьевна снисходительно поморщилась. – Нужно быть вежливее к матери. “Мы хотим, собираемся, планируем пожениться… ” В крайнем случае, “мой будущий муж”. Пригласи молодого человека в гости. В это воскресенье. Вы к нам придете в это воскресенье, Саша?

– Спасибо, – сказал Саша. – Не знаю… Это так неожиданно..

– Мама, езжай, – сказала Лизелотта.

– У тебя же кончилась смена! Мать за тобой приехала, и ни слова благодарности.

– Я чуть попозже. Мама, он оказался подлец, – она больно ткнула Сашу локтем в бок. – После двух лет наших отношений отказался жениться. Бросил меня. Он трус презренный. Я сейчас его убью. А потом поеду на метро.

– О, небо! Как я устала! – закричала Валентина Аркадьевна. – Я специально за тобой приехала, у папы попросила машину!

– Можешь меня подождать. Но тогда ты будешь соучастница в убийстве.

– Валентина Аркадьевна, – сказал Саша. – Вы лучше меня подвезите на машине, хорошо?

Дама изумилась такой наглости и поэтому сама открыла Саше дверь.

Он обернулся. Лизелотта смотрела в сторону. Ну и ладно.

Пока ехали, Валентина Аркадьевна спросила:

– У вас, правда, с Лизочкой два года серьезные отношения?

– Не совсем. Она сказала, что в меня влюбилась два года назад, когда увидела в коридоре.

– Ну и нечего тут гордиться! – сказала Валентина Аркадьевна.

– Да, конечно, – сказал Саша. – Остановите, пожалуйста, у метро “Университет”.

– А то до центра?

– Нет, нет, спасибо, – сказал он.

Вышел, зажмурился, снова открыл глаза и удостоверился, что уже забыл Лизелотту.

Потом она позвонила ему.

Даже удивительно, как она его нашла. Он уже успел три раза жениться и развестись, оставить с женами четверых детей, раз шесть переехать – из хороших квартир в плохонькие и обратно, и один раз даже на виллу на Новой Риге, и потом снова в город, – и вот теперь жил в небольшой квартирке в приятном районе около метро “Бауманская”, с мастером тайского массажа Анечкой, которая приходила к нему в неделю раз, но не хотела переехать к нему насовсем.

Потом – это лет через тридцать пять. Или даже больше.

Она позвонила прямо в дверь. То есть в домофон. “Кто?” “Лиза. Полное имя Лизелотта! Вспомнил? Вспоминай и открывай, а то буду стеречь на крыльце!”. Он открыл. Ждал ее у лифта. Она прошла мимо него, вошла в квартиру и огляделась.

– Бедненько, – сказала вместо “здравствуй”. – И не особо чистенько. Один живешь?

– Предположим, – сказал он. – Чем обязан?

– Пришла сказать, что у меня не получилось.

– Что не получилось?

– Понимаешь, когда ты тогда ушел, сел в машину и уехал, я сначала думала, что ты согласен жениться, просто хочешь с мамой поговорить. А мама сказала, что ты выскочил у метро. Я хотела повеситься, но потом решила: “Ну и подумаешь! Проживу без него”. Я старалась. Я честно старалась. Я столько лет старалась… Но нет. Не получилось. Так что поехали.

Она была в каком-то ватнике. Саша долго приглядывался, но понял, что это модная и дорогая одежда. Она поймала его взгляд и подтвердила:

– Куртянчик от Живанши. Я богатая, не думай. Поехали. Или здесь?

– Что здесь?

– Целоваться, и вообще.

– С ума сошла! – Саша отступил на полшага, потому что Лизелотте было за шестьдесят, она была чуть постарше его, он это помнил. И выглядела она соответственно. Как раз на шестьдесят с хвостиком.