Читаем Все в саду полностью

– Я не верю в призраков и никогда их не видел. Хотя нет… Помнится, мы с Лулу только поженились и отправились в Ирландию, где заехали в гости к ее первому мужу. Симпатичному такому неврастенику, типичному англичанину. У него был родовой замок, похожий на обитель фей. Как это обычно бывает у англичан, хозяева обживают лишь центральный холл, который можно кое-как прогреть камином. Все остальные комнаты погружены во мрак и холод. И все они полны загадочных звуков: непонятных скрипов, стонов, вздохов. Сколько легенд написано на эту тему! Нас поместили в комнату для гостей по соседству с холлом. И вот, когда наступила ночь, мы с Лулу услышали протяжный тоскливый вопль, переходящий в стон. Звук шел откуда-то сверху, будто из башен замка. Муж пришел нас успокоить: “Не бойтесь. Этот крик давно живет здесь. Я называю его своей Мукой”. Вот такой момент я пережил. Наверняка в том самом замке была своя давняя история, которая так и не покинула его стен и теперь проявляется в причудливых звуковых эффектах. Уверен, энергия человека, его дух, его смех, его эмоции навсегда впитываются в стены дома. Поэтому хозяин, по сути, никогда не покидает свое жилище, даже после смерти.

– Вы скучаете по ней?

– Очень.

– Время не лечит?

– Нет. Ведь Лулу была любовью всей моей жизни. Я влюбился в нее в 1972 году, поженились мы много позже и провели тридцать пять лет вместе. Эти годы никуда не ушли… они продолжаются здесь и сейчас. Когда мы только встретились, у нас у каждого были свои увлечения, романы. Она даже успела побывать замужем и развестись. Мы казались такими беспечными и благополучными. Даже представить себе не могли, что чувства овладеют нами столь глубоко и мы решим навсегда остаться вдвоем.

– Помните знаменитую фразу Ива Монтана: “Наши любимые не умирают, а превращаются в невидимок”.

– На самом деле смерть ничего не меняет. Мы продолжаем думать о них, любить, заботиться и разговаривать. Всё просто. Поэтому Лулу рядом.

У Таде закончились сигареты. Он постоянно курит. Уходит за новой пачкой, оставляя меня одну. Я иду в гостиную. Здесь, как и во всех комнатах, – деревянная и плетеная мебель покрыта яркими паласами с желто-красными и оранжевыми графическими мотивами. Солнечные цвета обивки создают очень теплое настроение. Множество книг, старых виниловых пластинок, альбомов по искусству… На стенах – фотографии совсем молодой Лулу, зрелой Лулу с маленькой дочерью Анной и Таде с Лулу в период первых лет совместной жизни. Сердце сжимается при взгляде на этих двух влюбленных – совсем молодые, они смеются, прижимаясь друг к другу где-то на обдуваемом ветром мостике. Сильные порывы ветра треплют волосы, но, кажется, они этого совсем не замечают.

Вижу маленький снимок с их свадьбы – которая праздновалась на островке озера в Буа-де-Булонь, в Шале-дез-Иль. Самая громкая свадьба семидесятых, собравшая “весь Париж”: тонны цветов, пятьсот приглашенных, организаторами выступили близкие друзья новобрачных – Ив Сен-Лоран и Пьер Берже. Таде возвращается с новой пачкой сигарет и жадно закуривает. После первой затяжки успокаивается, закрывает глаза и долго-долго молчит. У нас под ногами вертится белый котенок.

– Я привез его с собой из Швейцарии. Еще малыш, но все-таки у меня есть компания.

– А как же ваша дочь?