«Хорошо, если бы я только за этим приехала сюда», — подумала Дели. Она подошла к высокому овальному зеркалу на стене, по обе стороны которого висели чучела тетеревов на ветках, над которыми были стеклянные плафоны светильников в виде продолговатых зеленых листьев; и тщательно оглядела себя с головы до ног. Комплекции она была почти такой же, как Салли, может быть, несколько более широкие бедра, но это совершенно не портило ее фигуру, а скорее как раз наоборот; правда, если подойти совсем близко к зеркалу, то можно разглядеть маленькие серебряные вьющиеся змейки в волосах, змейки седины.

«Может быть, опять попробовать сбежать, сбежать вместе с Бертом? Сбежать действительно на каком-нибудь паруснике или рыболовецкой шхуне; остановиться в каком-нибудь рыбацком поселке на побережье и забыться в сладком сне любви. Но вот Салли… Совсем нет уверенности, что Берт взял ее лишь для того, чтобы не вызвать подозрения у Максимилиана… Совсем нет этой уверенности», — подумала Дели и, взглянув на отражение своих грустных глаз в зеркале, вздохнула и стала распаковывать свой чемодан с платьями и купальниками.

10

Они вдвоем вышли из отеля и, пройдя по небольшой сосновой аллее, которая огибала отель и переходила в сосновый бор, тянущийся по побережью, вышли на широкий, еще пустынный песчаный пляж: песок был чистый и крупный, почти белого цвета; вдоль берега в огромных кадках тянулся ряд стройных пальм, вкопанных в песок. На некотором расстоянии друг от друга стояли матерчатые зонтики, которые слегка шевелились на ветру, а за ними простиралась безбрежная гладь Индийского океана.

Небольшие волны мерно накатывали на прибрежный песок. Волны были невероятно синего цвета, такого же как ее глаза. Она обернулась, за ее спиной, перед сосновым бором начинались песчаные дюны. Дели скинула белое платье и, подойдя к воде, крикнула Максимилиану, который неторопливо раздевался.

— Макс, вода удивительно теплая, только я вдруг вспомнила про акул, говорят, что они раз в десять лет появляются на этом побережье, ты не слышал?

Максимилиан подошел к ней, тоже попробовал воду ногой и сказал:

— Для акул здесь слишком мелко, разве что случайно заплывет морской скат… Уверен, про акул — все это слухи, и потом, сейчас не тот год, когда они могут появиться.

— Ты так говоришь, словно всю жизнь прожил в Австралии, — улыбнулась Дели.

— Нет, я слышал, что они появляются только по високосным годам. Ну что, поплывем? — И Максимилиан бросился в воду. Он оттолкнулся от берега и быстро поплыл навстречу небольшим волнам.

Дели вошла в воду и тоже поплыла, чувствуя, как легко соленая вода держит ее тело. Плыть было совсем легко и удивительно радостно. Она ощутила на губах соленый вкус воды и, нырнув, открыла под водой глаза. Но почти ничего не увидела, так как вода была достаточно мутной. Она смутно увидела на дне зеленые стебли водорослей, между которыми расплывчатой луной медленно плыла большая бледная медуза. Вынырнув, Дели огляделась, но Максимилиана не обнаружила рядом, обернувшись к берегу, она увидела, что он уже выходит из воды.

Дели еще немного проплыла вперед и тоже повернула к берегу.

Максимилиан лежал на песке, волны омывали его ступни, на лице у него было написано страдание.

— Макс что с тобой, тебе вода показалась холодной или неужели…

— Со мной все прекрасно, никаких «неужели», — сказал хрипло Максимилиан. Дели заметила, что он быстро, неглубоко и часто дышит.

— Нет, все-таки тебе плохо, я вижу, не скрывай от меня, пожалуйста. — Она села рядом с ним на песок и погладила его по щеке. Он перехватил ее ладонь и быстро поцеловал.

— Все-таки мне лучше немного отдохнуть, — сказал он, тяжело поднимаясь.

Они вернулись в отель, Максимилиан лег в кровать, и как он ни сопротивлялся, но Дели позвонила и вызвала врача. Где-то через час врач, обслуживающий этот отель, явился вместе с медицинской сестрой, которая несла небольшой саквояж.

Дели вкратце рассказала, что с Максимилианом, сказала, что ему стало нехорошо в воде.

Врач выслушал ее, качая головой, потом долго щупал пульс Максимилиана, слушал его сердце, спрашивал, какие он пьет таблетки, и, сказав что ничего страшного — просто нужно несколько дней, чтобы привыкнуть к морскому климату, вышел из спальни. Медсестра сделала Максимилиану укол, а в это время врач тихо говорил Дели:

— По-видимому, любые физические нагрузки для него нежелательны, в том числе и плаванье.

— Но у него было такое хорошее настроение, а нам профессор Хофман сказал, что положительные эмоции — это самое главное.

— Я с ним согласился бы, но тем не менее даже незначительная смена климата, даже поездка на курорт — это всегда опасно для тяжелобольных.

— Как вы сказали? Но ведь он на вид совсем здоровый! — шепотом воскликнула Дели.

— А вы что, разве не знаете о его действительном состоянии?

— Знаю, все знаю, — вздохнула Дели.