Читаем Все против всех полностью

В этих условиях был бы обеспечен доступ к власти и поддержка политиков-генералов откровенно диктаторского, корниловско-пиночетовского склада - каким был, к примеру, П. Врангель или А.Кутепов. Естественно, такой политик должен был быть непреклонным державником. Но против него сразу же поднялась бы огромная масса вооруженных областников - просто потому, что они явно не захотели бы снова потерять те права, за которые боролись, да и возможности их отстоять у них были:

у каждого в руках было оружие. Лидерами же их могли стать любые провинциальные военачальники типа Пепеляева и Дутова. Возникла бы альтернатива: левые областники против правых державников. При этом остатки красных вполне могли в данной ситуации перекраситься. Почему бы и нет? Ведь для дела революции все средства хороши! И могли примкнуть к какой-либо стороне. Учитывая хамелеонские задатки их вождей, можно предположить, что они могли бы пойти на альянс как с державниками, так и с областниками, в зависимости от конъюнктуры. Звучит дико, но так было в истории всех без исключения гражданских войн. Да и в нашей тоже:

вспомните и союзы красных с басмачами, и временный союз Деникина с Петлюрой, и многократные переходы Махно от одних союзников к другим, и попытку Семенова предложить свои услуги Ленину.

Нетрудно почувствовать, что при обоих вариантах на горизонте реально высвечиваются контуры нового кровавого противостояния - учитывая традиции российского радикализма, остервенение народа и всеобщую обвешанность оружием, этот прогноз был бы более чем вероятен. То есть после победы над красными между белыми-державниками и белыми-областниками вполне могла начаться новая война, в которой Колчак и "юные омские командармы" встали бы друг против друга.

Омск - Екатеринбург: ГКЧП-1918

То, о чем пойдет разговор в этой главе, составляет одну из самых фундаментальных тайн в истории белого движения, тайну, имеющую прямое отношение к Уралу и одновременно к несравнимо более широкому кругу общероссийских проблем, так как касается того, что повлекло за собой в конце концов политический и военный крах Колчака. Интересующие нас события как нельзя более выпукло опровергают один из важнейших мифов красной пропаганды - миф о белогвардейцах в целом как реакционерах, угнетателях народа.

Речь идет о перевороте в Омске в ночь на 18 ноября 1918 года, перевороте, приведшем Колчака к власти. Об этом событии существует весьма обширная литература, но проблематика, связанная с политической подоплекой вокруг переворота и особенно с реакцией белого лагеря на происшедшее, практически всегда обходилась стороной. Среди немногочисленных работ, проливающих свет на эту весьма темную страницу истории гражданской войны, книга "Как сражалась революция" офицера царской, петлюровской и Красной армий, выдающегося военного историка, замученного в сталинских застенках в 1936 году, Николая Какурина.

Итак...

Общеизвестно, что власти Колчака предшествовала власть органов, объявивших себя правопреемниками разогнанного большевиками Учредительного собрания. Это прежде всего самарский КОМУЧ (Комитет Учредительного собрания - тогда его называли просто "комитет"); позднее, после создания так называемой Уфимской директории (23 сентября 1918 года), он был переименован в "Союз членов Учредительного собрания". Кроме того, существовал ряд временных правительств Урала и Сибири.

Одно из них, так называемое "Уральское временное правительство", было создано в Екатеринбурге в августе 1918 года и просуществовало до 10 ноября того же года, когда оно было распущено декретом Уфимской директории. Это временное правительство возглавлялось членом кадетской партии П.Ивановым и контролировало всю Пермскую, часть Вятской, Уфимской и Оренбургской губерний.

Разные региональные правительства достаточно трудно налаживали взаимные контакты, что приводило к поражениям от красных, вроде сентябрьской катастрофы, когда в течение месяца белые потеряли Симбирск, Сызрань, Самару и Ставрополь-на-Волге. Особенно натянутые отношения сложились между КОМУЧем и омским "Сибирским областным правительством". Попыткой - и небезуспешной - преодолеть эти трения явилось создание Уфимской директории, ставшее итогом работы так называемого Уфимского государственного совещания на рубеже сентября и октября 1918 года, как раз в то время, когда армия Блюхера прорывалась на северо-запад. В этом коллегиальном органе численно преобладали социалистические по партийной принадлежности члены КОМУЧа.

Обычно деятельность "учредилок" описывается без особого почтения. В плане чисто практическом на это есть основания. Да, справиться с весьма сложной военно-политической ситуацией органам КОМУЧа и его преемников, в общем, не удалось. Да, комитетчики оказались не на высоте в плане как гражданского управления, так и решения чисто военных задач. И все-таки... В плане легитимности, преемственности законной власти комитет был, безусловно, единственной абсолютно законной властью в России к востоку от Волги.