Ежегодная ярмарка Сен-Жермен пользовалась популярностью среди всех слоев населения, особенно после 1511 года, когда там построили постоянные лавки.

Переезд короля и двора в столицу подтолкнул развитие мастерских по производству предметов роскоши. Со Средних веков короли издавали законы, предписывавшие представителям благородного сословия тратить определенные суммы на дорогие товары. Состоятельные граждане покупали одежду разных цветов, покроя и тканей, варьировали фасоны. Более того, теперь состоятельный гражданин не мог позволить себе одеваться не по моде. Красильщики, швеи, белошвейки и портные не оставались без работы. В Париже даже была дюжина магазинов, где продавали перья исключительно для шляп.

Париж славился своими ювелирами. Учреждение в 1506 году системы проб позволило парижским ювелирам иметь собственное клеймо. Особой популярностью пользовались мастера, работавшие с драгоценными камнями, слоновой костью, стеклом и драгоценными металлами.

Весь XVI век городские власти Парижа боролись с разными напастями – инфекционными заболеваниями, беспризорностью, засильем мошенников и воров и т. п.

В начале Реформации Париж был центром движения гуманизма, затем лютеранства и, наконец, кальвинизма.

Одно событие полностью уничтожило движение гугенотов в Париже, но стало залогом их победы в будущем. Бойня в ночь на праздник Святого Варфоломея в 1572 году, оставила глубокую рану на теле Парижа.

Франсуа Дюбуа. «Варфоломеевская ночь»

24 августа 1572 года – звон колоколов церкви Сен-Жермен-л’Оксеруа, стоявшей неподалеку от Лувра, стал сигналом для католиков к началу организованного избиения гугенотов, находившихся в Париже. Генриха Наваррского и молодого принца Конде пощадили, но лишь для того, чтобы использовать в качестве заложников. «Избиение гугенотов продолжалось весь день воскресенья и следующий день, понедельник», – записал католический хронист. В какой-то момент ситуация стала выходить из-под контроля – толпы принялись громить дома богатых католиков наравне с гугенотами. Шла никем не контролируемая резня. Воды Сены покраснели от крови. Эта религиозная бойня стала самой крупной из всех конфессиональных конфликтов Европы периода Реформации. Париж оказался жертвой этого конфликта.

Париж времен Генриха IV и Марии Медичи

Для того чтобы выстроить стабильную политическую вертикаль и сгладить религиозные разногласия в Париже, Генриху IV потребовалось почти десять лет. Генрих считал, что тот, кто владеет Парижем, по-настоящему обладает властью в стране, а его знаменитые слова о том, что Париж «стоит мессы», цитируются столетиями.

Во время правления Генриха IV Париж пережил подъем еще более яркий, чем во времена Возрождения. В год смерти Генриха IV в одном памфлете говорилось, что «с момента как он стал властителем Парижа, мы видели только стройку». Работы по строительству и реконструкции Парижа продолжил сын Генриха Людовик XIII. Проведенные Генрихом и его преемниками социальные реформы продержались даже дольше, чем Реформация.

В отличие от своих предшественников Генрих IV изменил облик средневекового Парижа почти до неузнаваемости. Он долго и тщательно обдумывал идею королевских площадей. Каждая площадь, выстроенная по образу итальянских пьяцц, стала отправной точкой застройки прилегающих территорий. Генрих лично участвовал в разработке архитектурных проектов и наблюдал за строительством трех королевских площадей. Дольше других прожили такие творения Генриха IV как Королевская площадь в Марэ и площадь Дофина на острове Ситэ.

Король настаивал на том, чтобы частные здания строились по подобию уже существовавших на площади сооружений – из белого камня и красного кирпича. Генрих следил за тем, чтобы архитекторы не отступали от принятой стилистики. Этим объясняется, например, единый стиль оформления площади Вогезов. При строительстве этого района в Париже впервые запретили возведение деревянных домов, а также установили единую высоту построек.

Карта Парижа, 1572 год