Читаем Врезано в плоть полностью

– Плата как обычно? – поинтересовался он.

«Да, да, ДА!» – закивал Питер.

Успокоенный, Конрад передал ему пузырек. Питер выхватил его, вытащил пробку зубами и выплюнул на столешницу. Потом безо всякого стеснения содрал рубашку и бросил на пол. Красноватые шрамы покрывали правую сторону его тела от нижней половины лица до середины живота, включая три четверти правой руки, плечо и лопатку. По идее, воздух должен был принести облегчение обнаженной коже, но Зуд – и так уже сводящий с ума – только усилился. Питер вытряхнул немного густой мази на ладонь и принялся размазывать ее по коже со всей возможной скоростью.

– Не слишком много, – предупредил Конрад. – Небольшого количества хватает надолго.

Питер, не слушая его, продолжал растирать мазь по телу.

Облегчение пришло почти мгновенно. По испещренной шрамами плоти начало распространяться прохладное покалывающее ощущение, прогоняя на своем пути Зуд. Питер выдохнул и снова обрушился в кресло, не заботясь о том, испачкает ли ткань. Должно быть, он представлял из себя то еще зрелище: полуголый, покрытый шрамами, блестящими под пленкой маслянистой желто-зеленой гущи. Но его это не волновало. Главное – Зуд ушел.

– Спасибо, – сказал Питер.

Конрад принял его благодарность медленным кивком.

– Я знаю, что уже говорил это раньше, но я бы хотел, чтоб ты дал мне формулу этой штуковины. Я готов заплатить любую цену.

– Не хочу обижать тебя, но принимая во внимание текущее состояние твоего бизнеса, такое предложение может являться лишь преувеличением.

Питер все равно обиделся, но понимал, что с таким заявлением не поспоришь. Он разрабатывал НюФлеш – продукт, а не бизнес, названный в его честь – для таких, как он. НюФлеш – искусственная кожа, которую парамедики могли бы использовать для временного латания ран, пока пострадавший не попадет в больницу. С этой точки зрения продукт получился удачным. Искусственная кожа действительно затягивала раны и ожоги, защищая их от инфекции. К сожалению, через час, максимум два, она начинала разлагаться, и исследования показывали, что она, вероятно, токсична, что делало невозможным долговременное использование. Так что, даже если Питер умудрится решить проблему разложения – что было его текущей целью – потом придется обратить внимание на возможную токсичность.

Все это суммировалось с низкой прибылью «НюФлеш Биотек», и в итоге Питер и его работники отнюдь не купались в деньгах. Именно по этой причине он вел дела в Бреннане. Аренда офиса здесь стоила дешево. Если бы он заставил свою искусственную кожу работать, то изменил бы мир медицины навсегда, а в придачу стал бы бессовестно богат. Но, как говорится, если бы да кабы.

– Кроме того, даже если я дам тебе формулу, сомневаюсь, что ты сможешь успешно ее восстановить, – Конрад улыбнулся. – Разве ты не делал попыток, а?

Питер смущенно покраснел. Все верно. Он несколько раз пытался проанализировать мазь, довольно легко сумел вычленить ингредиенты и пропорции, но как ни пытался, не мог заставить проклятую штуковину действовать.

– Ты говорил, что мазь составлена по древнему рецепту, и ей когда-то пользовались египтяне, чтобы защитить кожу от сухого жара.

– Формулу я немного изменил, но по сути верно, – подтвердил Конрад.

Питер выдавил улыбку:

– Дай-ка угадаю. Чтобы воспроизвести ее, мне не хватает капельки волшебства.

Конрад улыбнулся шире:

– Именно.

Питер бросил на него сердитый взгляд. Он терпеть не мог, когда казалось, что Конрад его разыгрывает.

Конрад подошел к нему несколько месяцев назад, сказал, что прочитал про НюФлеш на сайте компании и заинтересовался тем, что там обещали. Он желал приобрести двадцать килограммов продукта для собственных неизвестных исследовательских нужд. Питер еще не успел получить патент на последнюю версию формулы НюФлеш, поэтому поначалу прохладно отнесся к идее отдать потенциальному конкуренту так много материала. Потом, когда Конрад сказал, что у него есть средство, способное облегчить периодически возникающий у Питера зуд, тот не особенно поверил (как Конрад вообще об этом узнал, Питер понятия не имел). Но Конрад принес мазь, и Питер был только счастлив отдать ему в обмен килограмм искусственной кожи, помноженный на двадцать. С тех пор Конрад, который поначалу казался эдаким старомодным джентльменом, становился все более коварным и даже жестоким, и Питер был бы рад разорвать отношения… если бы так сильно не нуждался в его таинственном лекарстве.

– Если честно, не знаю, что ты делаешь с таким количеством НюФлеш, которую… наверное, «покупаешь» не то слово. Вымениваешь, скорее. Ты же знаешь, что вещество нестабильно и потенциально токсично.

– Оно удовлетворяет мои нынешние нужды и в таком виде, – отозвался Конрад. – К тому же я могу, как сейчас говорят, обойти проблему.