Читаем Время вспомнить (СИ) полностью

  - Не понимаю! - Филиб старался дышать ровно, надеясь на то, что Борай прекратит свое колдовство, чем бы оно ни было.

  Доски под ним скрипели и прогибались. Руки плетьми висели вдоль тела, ноги в коленях стукались одна об другую. Филиб опять воззвал к духам, вплетая в молитву слова на бершанском. Морч не слушали его, они были возбуждены и суетливы, они над чем-то смеялись. Филиб похолодел, когда понял: они смеются над ним.

  - Ты им больше не хозяин, - почти ровно произнес никчемыш, успокаиваясь. - Теперь они слушаются меня. Они так долго с тобой жили, что теперь знают тебя полностью. Они могут тобой двигать. Им это нравится.

  - Этого не может быть, - задыхаясь, забормотал Филиб. - Ты не можешь приказывать морч.

  - Могу, - качнул головой Борай. Кровь с его подбородка закапала на доски. - Я тебя остановлю. Твои...- он замялся, подбирая правильное слово, - твои маленькие мертвые мне все рассказали. Ты хотел убивать хороших людей. Ты хотел...сделать плохие вещи с цумэии. Борай убьет одного плохого человека, чтобы он не смог принести вред многим хорошим людям.

  - Кто ты такой? - чувствуя, как холодный ужас заполняет то, что осталось от его души, еле слышно спросил Филиб.

  'Он пастырь мертвых', - отозвались духи. Они уже не смеялись, но Филиб чувствовал их любопытство. Им не терпелось проверить, на что способен их новый хозяин, такой сильный и могущественный. 'Глупцы, - мысленно проговорил обреченный на гибель, цепляясь за последнюю надежду. - Он не накормит вас так, как я'. 'А нам уже не нужна пища, - равнодушно отозвались морч. - Все изменилось. И он не хозяин нам. Он просто пастырь'.

  - Глупцы, - прошептал Филиб, отстраненно наблюдая, как небо дугой выгнулось перед его лицом и превратилось в пузырящуюся воду.

  Его легкие еще не успели наполниться водой, когда сердце, словно сжатое невидимой рукой внутри тела, трепыхнулось несколько раз и затихло. Филиб еще несколько секунд слушал тишину, потом закончилась и она.

   Глава 16. Инакоживущие

  432 год от подписания Хартии (сезон поздней весны)

  Мейри

  - Ты что, пьяна?

  Тайила подняла голову и охотно подтвердила:

  - Да.

  - Что ты пила?

  - Сидддррр. И брэнди. Чуточку. - Тай показала, какую именно чуточку, с трудом 'поймав' на столе круглую стопку.

  - Четыре храма, тебя ни на секунду нельзя оставить одну. То покупаешь книжки почти по золотому за каждую, то напиваешься вдрызг.

  - Я не напилась, - Тай важно покачала головой, - меня...ик...напили.

  - Кто же?

  - Одна очень милая...ик...женщина...пти-...пти-чка. Синяя, то есть, рыжая. Сначала она меня угостила, потом я ее и...ик.

  - Синяя птичка? Ты теперь общаешься с падшими женщинами?

  - Она не падшая, - возмутилась Тай, тараща глаза, - так, немного...упавшая. Но молодая и красивая.

  - Угу. О чем же ты с ней говорила?

  - Как о чем?! Ик. Мы говорили про любовь. Ты знаешь, она влюблена-а-а. В юношу-клиента. И о-о-очень страдает. А потом к ней подошел такой...бррр...неприятный тип...и она с ним ушла. А я не ушла, ик. Вот.

  Мейри вздохнула и огляделась. Тай и Мейри успели за вечер наплясаться и наесться, благо в кошельке у чтицы звенело теперь гораздо приятнее. Большой деревянный склад, расчищенный на время Тан-Дана, был набит празднующими. В центре танцевали, а вдоль стен на переделанных из бочек столах подавались кушанья и выпивка. Люд здесь толпился соответствующий месту и времени - разнообразный. Счастье, что подвыпившую, разомлевшую девушку не заприметил никто более опасный, чем жаждущая компании шлюха.

  - Пойдем отсюда. Мы занимаем стол, а ничего не заказываем.

  - Пойдем, - покладисто согласилась Тайила.

  По дороге к выходу, оценив походку подруги, Мейри поняла, что далеко они не уйдут. Она обратилась с просьбой к пробегавшей мимо девушке-подавальщице. Та удивилась, но тут же принесла глиняную баночку и кружку с водой, попросив за все три медяшки залога. От входа Мейри потащила Тайилу к набережной и, усадив девушку на парапет, высыпала половину содержимого баночки в кружку. Пока сагиня размешивала щепочкой мутноватую жидкость, Тай, выразительно хлюпая носом, смотрела вдаль.

  - Дейдра такая противная, - вдруг пожаловалась она. - Она послала меня к Синим Птичкам. Я сейчас была бы шлюхой. Такой, как эта женщина. Ее возлюбленный...клиент приходил к ней двенадцать раз, она считала, а потом разбил ей сердце - нашел другую, тоже рыжую. Вот так. Она теперь ненавидит всех мужчин. И рыжих. А я рыжая, досада, да? Я рассказала ей сказку...

  - Надеюсь, не о мертвых женихах? - Мейри с сомнением заглянула в кружку, прикидывая, хороша ли 'крепость напитка'.

  - Не-е-ет. О добром охотнике, спасшем из лап твари девушку. Ее хотели погубить злые люди, а он ее спас, - Тай посмотрела на подругу с таким гордым видом, будто этой сказкой изменила судьбу несчастной девки.

  - На, пей. Так кто послал тебя в Синюю Клетку?

  - Дейдра, - Тайила сделала хороший глоток и тут же, кашля и плюясь, вскочила. - Боги, что это?!

  - Вода с солью. То, что тебе сейчас надо.

  - Меня сейчас...- Тайила зажала рот рукой и, пошатываясь, бросилась вниз по ступенькам, ведущим на каменистую полоску речного берега.