Читаем Время волков полностью

Гвидион рассмотрел Идущего. Он имел обычную внешность, присущую человеческим существам Верхнего Мира. Произойди эта встреча где-нибудь в Поэннине, его вполне можно было принять за обычного кельтского воина, отличающегося от других разве что особенно правильными чертами. Он был идеально сложен, уверенные движения выдавали в нем воина, а белые волосы, бледная кожа, глаза цвета льда могли ввести в заблуждение кого угодно, но не Гвидиона. Маг почувствовал легкую неприязнь к созданию с бледными глазами под белесыми ресницами — глазами его брата Бренна. Но Гвидиону некого было винить, кроме себя самого, за внешность Проводника. Айлитир обладают странным свойством — впрочем, и сами они более чем странные создания — их внешность формируется представлениями и фантазиями того, кто их видит. Сами Айлитир никоим образом не влияют на этот процесс. Видимо, когда Гвидион увидел Идущего в плаще, его подсознательные представления о внешности приближающегося к нему создания были именно такими!

. Гвидион искал брата, думал о нем, ждал его и в результате создал своими мыслями внешность Идущего.

Эта способность Айлитир принимать облик, формируемый сознанием и восприятием тех, кто их видит, и является причиной того, что в Верхнем Мире нет единого мнения о том, как выглядят Странники. Да и как может оно сложиться, если шаманы чаще всего видят Айлитир в облике своих тотемных животных, а жрецы различных религий нередко уверены, что Идущие имеют внешность их богов. Многим Айлитир представляются в облике их умерших предков. Весьма распространено мнение, что внешне Идущие похожи на Туата де Дананн или, наоборот, имеют вид демонов или монстров. Одним словом, их внешность создается благодаря религиозным представлениям, личным наклонностям, идеалам, знаниям и мировоззрению тех существ, с которыми Айлитир вступают в контакт. И немалое влияние на их облик оказывают также мысли, настроение и психическое состояние самих контактеров в момент встречи.

Поэтому Гвидион мог только сожалеть, что в момент появления Айлитир был слишком занят происходящим вокруг и забыл побеспокоиться о формировании удобной для себя внешности Идущего, в результате чего это произошло спонтанно, руководствуясь случайным образом, живущим в его сознании.

В толпе зрителей послышался шепот:

— Гвидион! Хранитель! О боги! Это Гвидион! Сам Гвидион!

— Господин мой Гвидион, Айлитир-дун ждет тебя, — сказал Идущий и, развернувшись, пошел сквозь расступившуюся толпу Смеющихся.

Гвидион подавил волнение, вызванное внешностью Айлитир, и пошел за ним, наблюдая, как «дети» кланяются, закрывая лица маленькими ручками. Потом маг молча рассматривал город, через который провел его Айлитир, и спину самого Идущего, так больше и не заговорившего с ним. «До странности недружелюбно ведет себя этот малый, — думал Гвидион, — даже имени своего не назвал». Увы, характер Айлитир является собственным свойством этого создания и не формируется вместе с внешностью по желанию контактера.

Тем временем они уже вышли за стены города и двигались по равнине в сторону гор. Гвидион ничуть не удивился скорости их передвижения. Они шли не по тверди земной, а сквозь пространство, по тропам, ведомым лишь Идущим, поэтому и город, и расстояние до гор преодолели очень быстро. Вскоре путники достигли болотистых земель, над которыми клубился туман. Гвидиону уже приходилось идти сквозь эти болота, когда вел его в свой замок сам Князь Айлитир.

Проводник обернулся и, посмотрев на Гвидиона своими бледными глазами, подал голос:

— Достанет ли у тебя зрения, чтобы видеть меня в тумане, или мне взять тебя за руку, господин мой?

Гвидион усмехнулся. Зрение тут ни при чем, недостаточно видеть Проводника, чтобы пройти этот путь. Туманы, заполнившие все пространство вокруг, были не настолько густыми, чтобы не видеть того, кто идет в шаге от тебя. Но путь сквозь туман был лишь узким мостом, перекинутым через межреальность холодной волей Идущего. Его невозможно было знать, потому что это не было земной твердью, по которой может пройти живое существо, это была сила, удерживающая лишь Айлитир или того, кто физически связан с ним. Не слишком дружелюбным показался магу этот вопрос Проводника. Гвидион взял его за руку, холодную и влажную от тумана, и сказал:

— Воину Тумана будет меньше заботы, если он поведет за руку гостя, которого он так учтиво пригласил погостить в своей крепости.

Проводник немного растерялся, и Гвидион понял, что он еще очень молод и неопытен. Поход сквозь туман был долог и довольно однообразен. И лишь тому, кто знал, скольких опасностей им удалось избежать, была ясна необходимость Проводника в этих местах, ибо шли они по Перепутью, таящему в себе тысячи опасностей для человеческой души, явившейся сюда в телесном обличий или без, в зависимости от своих способностей. Можно было не только навсегда потеряться в этих туманах, но и быть затянутым в какой-нибудь Мир, вовсе не предназначенный для людей. Хотя это не самые худшие последствия странствования по межреальности без Проводника.