Читаем Время вестников полностью

— Вообще-то я присягал вашему принцу Эдварду… — припомнил германец, окончательно запутавшись в здешней ступенчатой системе вассалитета и собственном статусе. — Да, но за кем в этом случае остается титул «барона Мелвиха» — за мной или за тобой?

— Титул есть дарованная и не отторгаемая часть землевладения… — заунывно начал Дугал, глянул через плечо собеседника и чуть нахмурился. Раздраженно понизил голос: — Десяток таверн в городе, так нет, он непременно выберет именно ту, где ему совсем не рады.

Можно было не оглядываться, проверяя, и не переспрашивать — тяжелые приближающиеся шаги, шелест и потрескивание ломающейся под ногами соломы, которой в обилии засыпан двор, падающая наискосок черная тень. В последние дни Гунтер и его знакомцы почти не сталкивались с мессиром Ангерраном. С одной стороны, утратив доверие к попутчику, они невольно старались его избегать, с другой — старый рыцарь сам постоянно пропадал по своим загадочным делам. Мишель говорил, якобы несколько раз видел его в ставке Барбароссы, где мессира де Фуа принимали со всем уважением.

— Жаль, что наши райские деньки опять подходят к концу — через пару дней снова в седло, и марш-марш по побережью, навстречу Иерусалиму, — де Фуа грузно опустился на скрипнувшую скамью, махнул служанке — та без лишних расспросов грохнула на столешницу перед новым посетителем неизменный кувшин местного вина, тарелку с начиненными рубленым и обильно приправленным специями мясом лепешек и мисочку с крупными белыми семечками, сладкими на вкус — их тут щелкали все, от нищебродов до вельмож. — Прогуливаетесь? А где прекрасная леди Агнесса, что-то я давно не имел чести засвидетельствовать ей свое почтение? Должно быть, ей нелегко дались тяготы долгого пути… После той роскоши, к которой она привыкла с рождения — и вдруг такая фатальная перемена обстоятельств! Ну да ничего, полагаю, в Тире мессир Конрад будет рад предоставить нашей госпоже такое жилище и такую жизнь, каких она заслуживает. Уверен, она сумеет по достоинству оценить тех, кто позаботится о ней. А самое главное — в замке маркграфа Монферратского леди Агнесса окажется в полной безопасности. Чем скорее мы туда доберемся, тем будет лучше для всех нас. А для нее — в особенности.

— Со мной она и сейчас в полной безопасности, — коротко и зло буркнул шотландец. Его собеседник неторопливо пригубил вина из кружки, довольно крякнул и только после этого согласно кивнул:

— Конечно-конечно, кто бы сомневался. Однако дворцовые покои кажутся мне более подобающим местом для такой дамы, нежели кочующий военный лагерь… и общество человека, чья судьба целиком и полностью зависит от прихотей удачи и благосклонности его покровителей.

Гунтер уже достаточно поднаторел в здешних нравах, чтобы сообразить: за прозвучавшими сейчас словами де Фуа, такими невинными и обыденными, кроется нечто иное. Нечто, касающееся прошлого Агнессы Мак-Лауд.

— Это ты к чему клонишь? — мрачность скотта внезапно сменилась нездоровым, наигранным весельем. Недоумевающий мессир фон Райхерт переводил взгляд с одного из сотрапезников на другого, всей шкурой чуя неладное, но не зная, как поступить. Вмешаться или промолчать, уповая на то, что Мак-Лауду известны правила здешних подковерных игр? — То мои дела с Конрадом тебе покоя не давали, теперь вдруг начал беспокоиться о моем будущем да заботиться о моей жене… Что, приглянулась Агнесса? Подружку себе сыщи да утешься. Или давно покладистой девицы не встречалось?

Последняя фраза сопровождалась откровенно глумливой ухмылкой. Германец в растерянности заерзал по скамье, мельком заметив, что на них начинают оглядываться прочие посетители таверны — как местные уроженцы, так и заглянувшие в трактир крестоносцы армии Барбароссы.

— Отчего ж не встречалось? Кто ищет, как говорится, всегда обретет, — взгляд ярко-голубых зрачков де Фуа остался совершенно безмятежным. — Я вот просто никак в толк не возьму, к чему тебе жена, когда в окрестных холмах полно овец? Поддержал бы традиции своего народа…

— А к чему тебе подружка, когда в Конье было навалом смазливых пленников? — не замедлил с ответом Дугал. — Я слышал, ты прикупил нескольких — за лошадью ходить, жаровню разжигать да держать свечку по ночам?

— Когда мне понадобиться подержать свечку, я непременно обращусь за твоей помощью.

— А что, без посторонней помощи твоя свечка уже не стоит?..

За соседним столом откровенно заржали. Слушателям, не разумеющим франкского наречия, вполголоса пересказывали суть речений, коими обменивались иноземцы.

— Господа… — нерешительно заикнулся мессир фон Райхерт. Дело попахивало ссорой, а старый рыцарь и шотландец прилагали все усилия для того, чтобы обратить пустячный обмен колкостями в настоящий публичный скандал. — Мессир Ангерран, Дугал, право слово, такое поведение совсем не приличествует благородным шевалье…

Миротворца из обер-лейтенанта не вышло — его речи проигнорировали, да вдобавок оба спорщика раздраженно зыркнули в его сторону, явно желая сказать: «Не лезь под руку!»