Шурочка пыталась отказаться, но цыганка не отпускала, подошли еще две и стали уговаривать ее. Она как под гипнозом вытащила из кошелька десятку, зажала в руке, а цыганка быстро-быстро заговорила о красоте, о разлучнице, которая грозит ее счастью, вот сейчас она наговор прочитает и зависть уйдет. Зависть черная к ее красоте, зависть злая грозит ей. Пусть другую руку даст. И десятка перекочевала к цыганке так незаметно, что Шура даже не удивилась, подумала, что так и надо.
– Деткам моим не пожалей, красавица, в другую руку деньги положи, а я тебе помогу, счастливая будешь, печаль уйдет. Положи хоть три рубля, хоть пять, так нужно, хорошая моя. Без этого зло не уйдет. С деньгами уходит. Положи.
– Да нет у меня больше, – попыталась отказаться Шура.
– Зачем обманываешь? Есть у тебя деньги, есть. А разве счастье стоит денег? А разлука-то рядом с тобой стоит…
Тут рядом раздался сердитый голос:
– А ну отпусти девчонку! Чего привязалась? Вот я сейчас милицию позову!
Шура обернулась и увидела свою знакомую, которая подсказала ей, где купить кружку. Она решительно взяла Шурину руку и потянула за собой.
– Да тебе что за дело? Шла себе и иди, не мешай! – сердито крикнула цыганка.
– Я вот тебе сейчас помешаю, сдам в милицию, узнаешь, какое мне дело! – пригрозила женщина и посмотрела на Шуру. – Много выцыганила-то у тебя?
– Десять рублей.
– Вот паразитка! А ты что рот раскрыла? Не успеешь оглянуться, как без денег оставят. Такое воровское племя!
– Да нет, она правду говорила, обещала помочь…
– Ага, они помогут, как же! Вот таким молоденьким дурочкам голову заморочат и деньги выманят. Наплетут с три короба небылиц.
– А мне она правильно сказала, как-то узнала! Значит, может и помочь?
– Да они всем одинаково говорят. Раз молоденькая, о любви несчастной наплетут, постарше – про мужа, про детей наговорят, про болезнь, которую отведут, если ручку позолотить. У нас в Краснодаре их полно, цыганок этих. Насмотрелась я. Тебя как зовут-то?
– Шура.
– А меня Надей. Откуда сама?
– Из Москвы.
– Оно и видно. Доверчивые вы, москвичи. Ты в каком санатории?
– В «Заре».
– В правительственном? Ой, а я к вам на «ты», – смутилась Надя. – Молоденькая такая, я и не подумала…
– Да что вы, давайте на «ты». Путевку мне родственники достали. Сейчас не сезон, вот я туда и попала.
– А, ну тогда ладно, – оживилась Надя. – А чего ты мне выкаешь, я молодая еще, тридцать пять только. Ты что здесь, отдыхаешь или лечишься?
– Да нет, отдыхаю. Диссертацию писала, переутомилась, послали в санаторий.
– Диссертацию? Ну и ну! А на вид девчонка совсем. Сколько же тебе лет?
– Скоро двадцать четыре. А ты тоже в санатории?
– Да, я по профсоюзной, в «Семашко», тут недалеко от вокзала. Хороший санаторий. Палаты двухместные, ремонт недавно был, чисто. У меня соседка тоже москвичка, хорошая женщина, спокойная. Вот только гулять ленится ходить. Говорит, что устает от процедур. А одной-то скучно. Ты в горы ходишь?
– Хожу. Мне маршрут назначили, там километра два получается. Сначала уставала, а сейчас привыкла. В горах красиво.
– А давай, Шура, вместе ходить будем. Вдвоем-то веселее.
– Давай, я с удовольствием.
Шура действительно чувствовала себя с этой женщиной легко. Вопросы ее были просты, и сама она открытая, веселая. Погуляли еще, попили воды. Надя охотно рассказывала о себе, муж хороший, сын в пятом классе, квартира двухкомнатная от завода, сама работает мастером на консервном заводе.
– Для вас, москвичей, соки, компоты делаем, – пошутила она.
Обошли парк кругом и опять увидели цыганок. Они окружили двух женщин и певуче уговаривали их.
– Вот смотри, опять нашли доверчивых, наверно, москвички, – улыбнулась Надя.
– Не знаю, мне про мою жизнь точно рассказала. Значит, что-то они все-таки умеют?
– Да что они там умеют, Шура? Вранье одно. Вот есть такие бабки, не знаю, как уж назвать, женщины такие, которые правда могут и лечить, и порчу снять, и от алкоголя заговорить. Вот они умеют, у них дар от Бога. У нас на заводе одна мужа своего возила к такой целительнице, и он пить перестал. А вот еще мне соседка по палате рассказывала, что от ее сестры муж ушел к другой. Сестра очень переживала, двое детей, и посоветовали ей одну бабку. Они поехали, соседка моя с сестрой… И что ты думаешь, Шура? Через месяц муж домой вернулся, и все хорошо. Уже два года прошло, а живут себе, как раньше. Вот тут поверишь! Женщина интеллигентная, москвичка, придумывать не будет. А цыганкам не верь, вообще держись от них подальше. Они появились, значит, будут крутиться здесь, в парке, ты осторожнее. Это же надо – десятку выманили!