Читаем Время Скорпиона полностью

Довольная произведенным эффектом, она со словами – «Сейчас, Сережа, сумочку возьму и поедем», – повернулась к нему спиной… У Алины все было продумано, в этой игре она была сильнее. Платье, скромно закрытое впереди, на спине имело глубокий вырез, открывающий тонкую загорелую спину до талии. Серега тихонько вздохнул, но Алина услышала и улыбнулась: «Бедный Серега!»

За столом было шумно и весело. Серега в светло-сером тонком костюме и голубой рубашке с расстегнутым воротником смотрелся очень хорошо. Маришка и Нора без всяких церемоний перешли с ним на «ты», шутили, смеялись… Когда они вышли в туалет, Маришка сразу приступила к расспросам.

– Господи, Алюнечка, где ты его нашла? Какой мужик! Красавец! А влюблен в тебя!

– Да брось ты… Это же просто знакомый… ну, который мне помогает всегда, помнишь?

– Что, тот, который машину тебе чинит? – Ну да.

– А чего молчишь, что у вас роман?

– Какой роман? Ты с ума сошла…

– Ой, вот только не на до изображать святую невинность! Невооруженным глазом видно… Ну признайся подругам…

– Отстань от нее, – сказала Нора, – ты же знаешь, что не скажет… А мужик и правда классный. Молодец, Алка!

И Алине было приятно это слышать. Тем вечером было состояние легкой эйфории, ей нравилось всё и все, она улыбалась, не особенно понимая, кто и что ей говорит. Танцуя с Серегой в ночном клубе, Алина даже не заметила, как перешла с ним на «ты», и когда Серега шепнул ей: «Алин, давай уйдем отсюда», – молча кивнула.

И уже сев в машину, почувствовала, что пьянящее чувство радости исчезает, уступая место беспокойству и растерянности. Серега гнал машину и на Садовом лихо развернулся через две сплошных. Буквально рядом с машиной ГАИ. Не успела Алина удивиться, как Серега, чертыхнувшись, остановился и открыл окно. А к ним уже спешил гаишник, который, от возмущения даже не спросив документы, закричал:

– Вы что себе позволяете? Тут две сплошные.

– Извини, командир, виноват, но понимаешь… Серега улыбался своей веселой, обезоруживающей улыбкой, вытаскивал из кармана деньги и бросал в окно десятки и двадцатипятирублевки. Они падали вокруг опешившего гаишника, а Серега нес какую-то ахинею:

– Пойми, командир, опаздываем, вот девушку домой… Ну просто позарез… тут такое дело! Ты извини, да?

Гаишник молча махнул рукой, Серега рванул с места, посмотрел на Алину и расхохотался. Лицо у него было такое, что Алине вновь стало легко и весело, лишь мелькнуло в голове: вот ненормальный, просто безумный какой-то…

Когда во дворе они вышли из машины, Алина сказала:

– Может, хочешь чаю? – и сама удивилась, какой чай в три часа ночи. А Серега ответил:

– Ну конечно, – и взял Алину за руку. Так и вел ее по лестнице и сам открыл дверь, потому что она никак не попадала ключом в замочную скважину.

В прихожей горел свет, оставленный для собаки. Они прошли на кухню, и Алина, прислонившись спиной к холодильнику, посмотрела на Серегу. Кухню освещал уличный фонарь, висевший прямо напротив окна, и в свете этого фонаря его лицо было другим, незнакомым и нежным.

– Что хочешь, чай или кофе? – почему-то шепотом спросила она.

– Тебя, только тебя, – ответил он тоже шепотом и, обняв Алину, стал медленно целовать ее лицо. Потом его руки нашли сзади молнию, расстегнули, и платье упало на пол. Алина переступила через него, Серега взял ее на руки, где-то в коридоре стукнули упавшие босоножки…

Они что-то шептали друг другу, в чем-то клялись, но Алина ничего не помнила; не помнила, как и когда ушел Серега…

Проснувшись, она с ужасом подумала о том, что произошло. Ликующее чувство радости, переполнявшее ее вчера, исчезло. Было тоскливо и неуютно. За окном шел дождь. Лето кончилось. Алина вышла на кухню, увидела валяющееся на полу платье и заплакала от жалости к своему рухнувшему мирку, где она была так уверена и беззаботна, где все ее любили. И вдруг увидела на столе записку.

«Родная не буду звонить утром спи. Я поеду на дачу за тещей и ребенком приеду и сразу к тебе».

Вот так, без знаков препинания… Но хотя бы есть время до вечера. А вечером? Ни за что! К телефону не подходить, свет не включать, собаку выгулять пораньше. Затаиться… Да, окна закрыть наглухо, этот сумасшедший может в окно залезть. Или уехать? Собаку к маме, вещи быстро собрать и на вокзал… А куда? А билет?