Читаем Время Скорпиона полностью

Но когда мы часами говорили о жизни, об искусстве, о любви, о нравственных ценностях, я понимал, насколько ты мудрее и тоньше меня… Видишь, какой экскурс в прошлое… Последние двадцать лету меня минуты свободной не было, зато сейчас все оставшееся время – мое. И я могу перелистывать воспоминания, как подзабытую книгу. Из каких-то угол ков памяти вдруг появляются картинки из детства, какие-то яркие, многолюдные праздники, совсем молодой отец… Вспоминаю, как в Москву приехал, как с Ольгой познакомился… Помнишь, какая она была? Такая трогательная, такая милая… Бедная моя девочка! Я очень много думаю о ней, о своей вине… Раньше всегда считал себя обиженной стороной: ну чего ей не хватало? Работаешь, как вол, ради семьи, а от нее ни помощи, ни благодарности – одни неприятности и вечный молчаливый укор. А сейчас понимаю, что, наверно, мог бы объяснить ей, как она нужна нам с Каринкой, какая она талантливая, особенная… Вместо этого раздражался и орал, чтобы взяла себя в руки и хоть чем-нибудь занялась. Даже хуже вещи орал – стыдно вспомнить…

Эх-ма, чтой-то я рассиропился, размяк в Дианкиных заботах. Ах, какая девочка была в восемнадцать лет! Первая красавица в университете! Ну я-то ее со школы еще знал… И такой преданный человечек. Жаль, что у нее жизнь не сложилась… ни семьи, ни детей. Странно, дурнушки устраиваются, а красивые остаются в одиночестве. Вот и моя виртуальная любовь Натали: красивая, умная, тонкая – сидит одна в Лиссабоне и, наверное, не очень счастлива. Если бы все по-другому сложилось! Что ж так, прямо на лету? Ну, еще бы несколько лет!.. Ну, хоть пять… Что, много? Ладно, и на три согласен, я не гордый…

– Что это вы торгуетесь? Не на базаре чай… Повестку получили, огненными буквами писанную? Получили. Расписались? Расписались. Чем недовольны?

– Не в себе был. Подписал, не думая. Прямо сказать, подмахнул, не читавши… нельзя ли как-нибудь в другой раз? Я мигом, но вот попозже… сейчас – ну очень не с руки…

– Всем всегда не с руки! Что за народ! Только о себе думают… а нам тут повестки переписывай… А сверхурочные кто будет платить? Пушкин? То-то… сознательнее надо быть. И чего тянуть? Перед смертью не надышишься… Ха-ха, извините, вырвалось… Да и вообще, сделал дело – гуляй смело! И вам спокойнее, и у нас отчетность в порядке.

Все, стоп, Остапа понесло…

Не сердись, глупо пошутил, но хоть какое-то развлечение…

Отвлекся и не написал про портрет П. Портрет великолепный, но я эту личность вижу по-другому. Мне кажется, ты идеализируешь не очень симпатичного человека. Но тебе виднее.

Завтра ложусь в клинику, наверное, так будет лучше. Хотя чувствую себя неплох о, особенно с утра. К вечеру устаю, и хочется лечь, но это, я думаю, нормально. Врач настаивает на клинике – приходится подчиняться. А по большому счету мне все равно: клиника так клиника… Диане полегче, хотя бы свободное время будет… А то она только в магазин и назад, не хочет меня одного оставлять. Интернет в палате есть, телефон тебе сообщу, так что будем на связи… Знаю, ты не очень дружишь с клавиатурой, но постарайся, не ленись. А я твоим письмам бесконечно ради премного тебе благодарен. Ну, пока, господин художник… что-то утомился писавши… Обнимаю. Иосиф.

Nataly

А Вы знаете, милейший Иосиф, что это юбилейное письмо… ровно год длится наше виртуальное знакомство! Мне кажется, что мы побили все рекорды… И самое поразительное – не потеряли интерес друг к другу, по крайней мере я. За Вас не поручусь, Вы как раз «исчезаете» все чаще… Но поскольку причин для этого у Вас «выше крыши», не буду обращать внимания… пока не буду.

Я уезжаю на неделю с двумя русскими бизнесменами. Они приглашены посетить несколько фабрик по производству пробковых покрытий, и я буду сопровождать их по стране в качестве переводчика и экскурсовода. Надеюсь, что люди окажутся симпатичными, и тогда поездка не будет утомительной. А Вы подумайте пока, как мы отметим «годовщину».

Иосиф

Да, действительно год… 15 сентября. Снова осень. Но в Лиссабоне, я думаю, лето в разгаре. Как мы отметим нашу годовщину? А давайте кутнем, моя красавица! Что это мы, в самом деле, притихли и не совершаем никаких безрассудств? Напьемся Вашего хваленого, коварного вина, наделаем глупостей… Не пугайтесь, На талья, милых глупостей, ничего из ряда вон… Итак, форма одежды: Вы, разумеется, в моем любимом маленьком черном платье, не зря же накупили их в таком количестве. Волосы, зачесанные гладко, или как Вы захотите. Туфли непременно на высоком каблуке, поскольку будете опираться на мою сильную руку, и я удержу Вас, по каким бы шатким мосткам мы ни бродили этим вечером.

А я, не обессудьте, душа Наталья, но чур без смокинга, для контраста надену светлые льняные брюки и белую рубашку.

Белое и черное – будем смотреться вполне гармонично.