Отец толкнул его в спину и велел идти в комнату. Стражник попытался взять за руку, но Теон убрал ее за спину. Ему не нравилось, когда его хватали и вели. Он предпочитал ходить сам.
Стражник вел его сумрачными коридорами, а на стенах были светильники из человеческих рук. Теону они ужасно нравились, он посчитал отличной идеей так использовать кости. Ему вообще замок деда нравился больше, чем собственный. Тут все было не так, как дома, Теону хотелось всюду полазать и все как следует рассмотреть. Стражник привел его в комнату — большую и светлую, совсем не такую, как была у отца на мельнице, когда он был ребенком, — и закрыл за собой дверь. Теон остался один. Он попрыгал на кровати, полазал по пустым шкафам, выглянул в окно, забрался в очаг и внимательно изучил его изнутри, весь перепачкавшись. Вещи и игрушки еще не принесли, и Теону быстро стало скучно. Ширен осталась в Винтерфелле, а отец куда-то запропал. И Теон решил его поискать.
Правда, Теон немного опасался наткнуться на деда — милорда Русе, как тот велел себя называть, — Теону не слишком понравился его тихий голос и тяжелый холодный взгляд, но одному в комнате заняться было решительно нечем.
Теон закрыл за собой дверь и направился по коридору в ту сторону, откуда привел его стражник. Теон шел медленно, ведя ладошкой по темным камням стен и разглядывая так понравившиеся ему костяные светильники. Вдруг из-за поворота показался мейстер в сером одеянии и с цепью на шее. Мейстер Медрик как-то дал Теону подержать свою цепь — она была очень тяжелой.
— Теон! Что ты здесь делаешь? Возвращайся в свою комнату.
— Нет. — Теон строго смотрел на мейстера.
Однажды он случайно услышал, как слуги шептались о том, что у него отцовский взгляд и с ним лучше не спорить. Он потом долго смотрел в зеркало и старался запомнить, как именно нужно смотреть, чтобы с ним никто не спорил.
— Я иду искать отца.
— Теон! — мейстер пытался стоять на своем.
— Нет. — Теон неотрывно смотрел в глаза мейстеру.
И тот дрогнул, опустил взгляд. Как и остальные, на кого Теон так смотрел.
Только на отца этот взгляд не действовал. Теон подозревал, что и с дедом он не поможет.
— Хорошо, Теон. Тогда мы пойдем вместе искать лорда Рамси.
В Винтерфелле подземной темницы не было. Там были только крипты со статуями древних Королей Севера, но это было совсем не то. Они были Старками, а не Болтонами, и Теону казалось, что статуи смотрят на него враждебно. Он не любил крипты, ему там было не по себе.
Другое дело тут, в Дредфорте. Крутая лестница вниз освещалась все теми же светильниками. Костяные пальцы крепко сжимали факелы. Мейстер спросил у стражника, сидевшего на входе в подземелье: «Там?» Стражник молча кивнул.
Они начали спускаться. Теон даже позволил мейстеру взять себя за руку — лестница казалась опасной, и это было настоящим приключением.
В подземелье были низкие потолки, узкие коридоры и железные двери с небольшими окошками. Теон очень хотел посмотреть в такое окошко и решил, что на обратном пути попросит отца поднять его, чтобы заглянуть в какую-нибудь камеру.
Отец сидел на полу, подтянув ноги и обняв руками колени, и смотрел невидящим взглядом куда-то в темный угол, а губы его слегка шевелились, словно он с кем-то говорил. Но камера была пуста, лишь в том углу, куда было обращено его лицо, валялось сено.
Теон подошел к нему, тронул за плечо. Отец дернулся всем телом и обернулся. Теон удивился, как резко изменилось его лицо. Под глазами были темные круги, рот кривился, а глаза были красными.
— Пап, тебе что, больно? — спросил Теон.
Теон недавно тоже плакал. В Винтерфелле, перед отъездом, он упал с лестницы и сильно ударился, до крови расшиб коленки. Он помнил, как было больно. И как слезы текли по лицу, хотя он старался их сдерживать.
Отец не ответил, только сгреб Теона в охапку и уткнулся ему в грудь лицом. Теон растерянно положил руки ему на плечи, погладил по голове, потеребил красную каплю серьги в ухе.
— Идемте, милорд Рамси, — негромко сказал мейстер. — Пора. Лорд Русе ждет вас на ужин.