Читаем Время человека полностью

Она выглянула в окно и увидела Джека, который гулял в саду. Тот взглянул вверх, улыбнулся, что-то сказал самому себе, вытянул вперед руку, потом опустил ее и с той же самой улыбкой на лице подошел к скамейке на лужайке, присев на краешек. Тронутая этим зрелищем, Жанет кинулась вниз.

На полпути она внезапно остановилась, осознав, что уже наперед знает последовательность своих действий, потому что Джек только что продемонстрировал свой ответ на них. Она выйдет на лужайку, окликнет его и пойдет ему навстречу. Потом они вместе подойдут к скамейке и сядут подальше друг от друга.

Она отметила, что здесь есть явное противоречие. С одной стороны, если судить по реакции Джека, она все это уже проделала. С другой стороны, она только собирается это сделать. А если не сделает? Ну, например, вернется сейчас в Ломи пообщается со свекровью? В этом случае Джек как последний дурак останется на лужайке наедине со своими фантазиями, которым не суждено сбыться. Пусть Стэкпоул увидит это. Тогда им придется пересмотреть свою теорию, согласно которой Джек живет впереди времени, и заняться чем-нибудь более естественным — скажем, лечить его от галлюцинаций.

Но все действия Джека свидетельствовали, что она должна подойти к нему. Не сделать это — безрассудство. Безрассудство? Не то слово. Она чувствовала, что ее неумолимо влечет на улицу. Она просто обязана подчиниться законам Космоса. Вне этих законов только Джек, потому что на Марсе он попал под действие других, никому пока на Земле не известных норм и правил. Несомненно, они обнаружили нечто очень важное — такое, чего невозможно было ожидать или предвидеть. А она пошла наперекор… Нет, еще можно успеть.

Она выбежала на лужайку, окликнула Джека и повторила все проигранные только что движения, сев в итоге на скамейку. Только сам Джек в этой сцене не участвовал, потому что был уже впереди событий.

— Не огорчайся, Жанет, — промолвил он. — Все могло быть гораздо хуже.

— Что? — спросила она удивленно и тут же получила ответ:

— Нас могли бы разделять и сутки. А 3,3077 минуты позволяют нам, по крайней мере, хоть как-то общаться.

— Занятно, как философски ты к этому относишься, — парировала она и тут же решила, что ее ирония была совершенно неуместна.

— Наверное, нам нужно поговорить?

— Джек, я давно уже хочу с тобой поговорить, но никак не могу поймать тебя одного.

Высокие буковые деревья, замыкавшие сад с севера, были так спокойны, что она невольно подумала: «Он видит их сейчас точно такими же, как и я».

Он посмотрел на часы, обнажив тонкое запястье. Джек выглядел еще более больным, чем в тот день, когда его забирали из клиники.

— Я понимаю, дорогая, как тебе тяжело. Мы изолированы друг от друга из-за этого дурацкого смещения во времени, но я, по крайней мере, утешаю себя тем, что испытываю на себе действие необычного и важного для науки феномена, в то время как ты…

— Я?

— Я хотел сказать, что ты по-прежнему живешь в привычном для человека мире, и все происходящее для тебя необычно и тягостно.

Жанет хотела что-то ответить, но остановилась на полуслове, потому что Джек раздраженно поднял палец и сказал:

— Пожалуйста, следи за часами, иначе мы всегда будем говорить о разных вещах. И вообще, дорогая, почему ты не записываешь, что и в какое время мы говорим, как советовал Клем? И постарайся излагать свои мысли коротко и сжато.

— Ну… Я всего лишь хотела… мы не можем вести себя как на официальном приеме. Я хочу знать твои чувства, твои мысля, я хочу помочь тебе снова жить нормальной жизнью.

Он следил за часами и поэтому ответил почти сразу:

— Я совершенно здоров и уже пришел в себя после катастрофы. Но я не питаю иллюзий насчет того, что смогу вернуться в привычное для вас время. С тех пор как корабль покинул поверхность Марса, все члены экипажа жили на 3,3077 минуты впереди земного времени. Он замолчал. «На моих часах теперь около 11.03, - подумала она, — а для него 11.06 с небольшим, и он уже знает, что мне нечего ответить. Господи, что за мука! С таким же успехом мы могли бы беседовать сквозь межзвездное пространство».

Очевидно, он тоже потерял нить разговора. Он лишь улыбнулся и вытянул руку, держа ее в воздухе. Жанет огляделась вокруг. К ним приближался Клем Стэкпоул… В руках он нес поднос с напитками. Врач осторожно поставил поднос на землю, взял мартини и вложил бокал в руку Джека.

— Ваше здоровье! — улыбнулся он Джеку. — А это вам, — Клем протянул Жанет джин с тоником.

Себе он взял бутылку пива.

— Клем, не могли бы вы объяснить Жанет мое положение? Похоже, она еще многое не понимает.

Жанет сердито повернулась к психологу:

— Мистер Стэкпоул, у нас с мужем был частный разговор.