Читаем Вредная (СИ) полностью

— Блин, Адриан, ты эхом подрабатываешь? Хоть иногда слушаешь о том, что происходит в Академии? Да, на балу. Ежегодном «Балу Масок», на котором выбирают «Три К» Короля и Королеву Крика. На балу, про который тебе Стефани прожужжала все уши сегодня, в надежде, что ты почтишь школу своим вниманием.

— Я приду. — Произнес я. Акира посмотрел на меня внимательным взглядом.

— Да я почему-то в этом даже не сомневаюсь. Тебе идеально подойдет костюм психбольного, взгляд и выражение лица менять вообще не придется. Да и всем будет спокойнее, если связать тебе руки на спине длинными рукавами.

— И почему я с тобой общаюсь, напомни?

— Потому что кроме меня у тебя больше нет друзей. Ну, еще Тэйт. Ну и Райан. Аби и Саймон. Пожалуй, теперь точно все.

При упоминании имени «Тэйт» я поморщился как от зубной боли:

— Ну да.

— Выключи на время свою горячую голову, их отношения с Тэйтом ни коем образом не должны отражаться на вашей дружбе. К тому же именно он сказал Джексону и парочке приближенных к Элите держаться от нее подальше. Так что еще скажешь спасибо.

Одна фраза о том, что у них «отношения» злила меня. Нет, я был в бешенстве. Мне все равно какие это были «отношения», мне все равно, что это мой друг, я не хочу слышать ее имя и чье-то еще в одном предложении.

— Давай вернемся. — Повторил я просьбу, но уже спокойнее. — Я не могу сидеть здесь, я ее увидел впервые, с тех пор как… Акира, нам надо вернуться. — Я посмотрел на друга. Только с ним я мог быть самим собой. Он внимательно посмотрел на меня, явно взвешивая все «за и против».

— Ладно, но я не думаю, что там кто-то остался. Занятия кончились. Давай я позвоню Тэйту?

Не уверен, что хотел бы видеть его сейчас, но это лучше чем ничего.

Алексис

Наш разговор прервался вибрацией мобильного телефона. Только у Айфонов такая вибрация, что ее слышно на всю улицу. И это беззвучный режим? Ну, как же.

— Извини. — Произнес Тэйт, слегка нахмурившись глянув на сенсорный экран. Интересно, а у него сохранилось мое селфи? Подумала я, усмехнувшись. Думаю, да, и там уже прифотошоплены рога и усы а-ля Д'Артаньян. — Да, Акира.

Акира? Сохраняя безразличный вид я демонстративно отвернулась к окну, но вся обратилась в слух. Хоть Тэйт все еще сидел рядом со мной, голос собеседника не хотел долетать до меня. Думаю, я слушала имя Адриана, но скорее всего, это только мое воображение. Да и какая мне разница вообще. Не хочу слышать об этом человеке больше. Извращенец с повадками убийцы — кажется, именно от таких мама велела мне держаться подальше.

— Не знаю. Да, все хорошо. Нет, я не могу. Планирую заехать к брату, но вечером можно. Она со мной. — А вот это уже интересно, я обернулась к парню, выжидательно уставившись в его лицо. Не о мне ли речь? Он поймал мой взгляд. — Нет, она не поедет. — Все интереснее и интереснее. — Она. Не. Поедет. Давай.

Тэйт выключил телефон, явно обрывая друга на полуслове.

— Куда я не поеду?

— А почему ты считаешь, что говорили о тебе?

— Слышала свое имя. — Без зазрения совести соврала я.

— Какой поразительный слух. Ты допила? Собирайся, поехали домой.

— Джереми нет дома, он в больнице во Флориде.

— Я знаю, поехали.

Уже сев в машину я возобновила вопрос:

— И все-таки? О чем вы говорили и куда ты меня не пускаешь? Может мне очень хочется именно туда!

— Ты такая доставучая. Пристегнись.

Проговорил он, выруливая с парковки от кафе.

— Спасибо, и за комплимент, и за заботу. Я жду.

Тэйт включил радио, демонстрируя, что разговор окончен. Ага, конечно. Я выключила радио, прервав Джастина Тимберлейка на середине очередного попсового хита. Тэйт включил. Я выключила. Тэйт включил. Я врубила его на полную мощность и звук так резко ударил по барабанным перепонкам, что мой водитель дернул рулем в право. Бедная моя машинка.

— Черт, дура! — Рявкнул он, перекрикивая музыку и возвращаясь на полосу.

— Сам такой хороший. — Парировала я, делая музыку тише. — Вообще, слишком много комплиментов за сегодня, ты меня пугаешь.

— Ну хоть что-то тебя пугает. — Пробормотал блондин, выруливая на нашу улицу. — Ты хочешь меня довести?

— А ты проницателен. — Не переставала издеваться я. — Можешь выкинуть меня у супермаркета?

— Выкину, если не выйдешь сама. Но если будешь себя хорошо вести — даже приторможу.

— Пф.

В огромном супермаркете меня волновало лишь два отдела: кондитерский и алкогольный. Я схватила тележку, и, привычным образом стала передвигаться между стеллажей в нужном направлении. То есть одной ногой встала на подложку тележки, а второй отталкивалась, периодически давая корзине возможность катиться самостоятельно, увлекая меня вглубь магазина.

— Отдай сюда, ребенок. — Материализовавшийся рядом парень испортил все веселье.

Я закатила глаза, но воевать за тележку не стала: если хочет, может даже оплатить мои покупки, мне что, жалко что ли? Тоже мне, джентльмен местного разлива. Увидев стенд с ковбойскими шляпами я не удержалась и, схватив две, нацепила одну на себя. Благородного коричневого оттенка. Тэйту же, с благородным видом «я не знаком с этой ненормальной» шествующему впереди, я нахлобучила шляпу, усыпанную зелеными пайетками.