Читаем Враги наших врагов полностью

Особенно жесток и кровожаден ястреб-перепелятник, одержимый самой настоящей манией убийства. Он убивает птиц гораздо больше, чем ему требуется для пропитания. Схватив жертву лапами, он вонзает в нее сильные острые когти и умерщвляет на лету. Но пировать он предпочитает со всеми удобствами. Лишь найдя укромное место, он усаживается и принимается за трапезу, тщательно ощипывая жертву и неторопливо отрывая по кусочкам мясо своим острым клювом.

Ястреб-тетеревятник ловит более крупных птиц: грачей, ворон, голубей, уток, куропаток, тетеревов. Нападает он и на некоторых мелких млекопитающих, вроде белок и зайцев.

Но ненависть людей ястреб заслужил прежде всего из-за налетов на домашних птиц. И тут он намного обогнал коршуна, на которого часто взваливают вину за чужие грехи.

В компанию с ястребом попал еще один преступник — камышовый, или болотный, лунь. Его соплеменники — луговой, полевой и степной луни — хоть как-то заглаживают свою вину, уничтожая много грызунов. Камышовый же лунь специализировался именно на птицах. От него страдают мелкие птицы, чайки, кулики, крачки, утки, а кроме того, ондатры, у которых он истребляет молодняк.

Перепелятник, тетеревятник и камышовый лунь поставили себя «вне закона», и охота на них разрешена повсюду. Но, к сожалению, иногда охотники без разбору убивают любую хищную птицу, казня и правого и виноватого. Между тем, как заметил профессор Г. П. Дементьев, «неразборчивая борьба с хищными птицами есть, в сущности, плод более или менее злостного невежества». Кстати, каждый может отличить коршуна от ястреба по силуэтам тела и хвосту. У коршуна хвост на конце как бы «вырезанный» в середине: наружные перья хвоста у него длиннее. У ястреба-тетеревятника такой выемки нет: хвост у него подрезан ровно.

В деятельности хищных птиц есть и еще одна полезная сторона. Она заключается в том, что хищники в первую очередь истребляют слабых, больных, плохо летающих птиц, чем предотвращают возникновение и распространение среди них массовых заразных заболеваний. В таких случаях хищники как бы играют роль орудия естественного отбора и санитаров в живой природе. Натуралист-писатель Виталий Бианки ястребов-тетеревятников называет «куропачьи лекари». Они ловят в первую очередь слабых, больных птиц, дающих более слабое потомство. Здоровые птицы более внимательны, осторожны, быстрее скрываются от хищника, быстрее летают. И потомство у таких птиц более сильное и выносливое. Выходит, что о ястребах можно сказать словами Кузьмы Пруткова: «И терпентин на что-нибудь пригоден». Так что там, где ястребов немного, полного уничтожения их допускать, пожалуй, не следует. Камышовый лунь более многочисленный и вред от него больше — с ним можно не церемониться.


Пернатые кошки


В одной из сказок сова встретилась с орлом.

— Ты куда? — спрашивает она.

— Да вот ищу себе что-нибудь на обед.

— Только моих птенцов не трогай.

— А как же я их узнаю?

— Очень просто: мои дети краше всех!

— Хорошо, не трону…

Вернулась сова домой, а гнездо пустое: съел орел птенцов, во всем лесу страшнее не нашел.

Разумеется, доказывать любящей матери, что ее дети непривлекательны, занятие бесполезное. Но все-таки если бы пернатые устраивали конкурс красоты, на звание «мисс птица», большинство сов проиграло бы его. Вид у совы действительно отталкивающий. Суеверные люди издавна связывали с этой ночной птицей всяческие неприятности, обвиняя ее в злокозненности и колдовских чарах. Даже в книге неизвестного автора XVII века «Жизнеописание животных бессловесных». (переведена с латинского и издана в 1803 году в Москве) совам доставалось за их «чудное лицо» и ночной образ жизни. Автор сравнивал их с должниками, с еретиками и всерьез утверждал: «Могут сии птицы приложены быть и к лицемерам, которые при солнце или перед людьми казаться хотят святошами, а тайно всякие нечестия делают». Правда, это не мешало включить сову одновременно в компанию мудрецов, «которые учение себе приобрели ночными упражнениями, бдениями и уединенными рассуждениями».

Внешность сов и в самом деле необычна. Большая голова, огромные, кошачьи, неподвижные глаза и в то же время невероятно подвижная шея, которая позволяет им поворачивать голову на 270 градусов и, не меняя позы, видеть все вокруг себя. Удивительно чуткие, сами они благодаря мягкому оперению не производят в полете ни малейшего шума, даже шороха. А уж если подадут голос — мороз по коже продирает. Они и мяукают, и мурлычут, и хохочут, и плачут, и охают, и стонут, и пищат. Крики сов и филинов в старину принимали даже за уханье и хохот лешего!

Между тем совы — одни из лучших помощников людей в борьбе с вредными грызунами. В СССР 18 видов сов (из 133 существующих на земле). Наиболее распространены у нас ушастая сова, домовый сыч, сипуха, неясыть, сплюшка, болотная сова, филин. Большинство живут у нас постоянно и зимой и летом. Лишь полярная сова в зимнее время откочевывает из тундры на юг, где легче добывать пищу.

Перейти на страницу:

Все книги серии Эврика

Похожие книги

Глаз разума
Глаз разума

Книга, которую Вы держите в руках, написана Д. Хофштадтером вместе с его коллегой и другом Дэниелом Деннеттом и в «соавторстве» с известными мыслителями XX века: классическая антология эссе включает работы Хорхе Луиса Борхеса, Ричарда Доукинза, Джона Сирла, Роберта Нозика, Станислава Лема и многих других. Как и в «ГЭБе» читателя вновь приглашают в удивительный и парадоксальный мир человеческого духа и «думающих» машин. Здесь представлены различные взгляды на природу человеческого мышления и природу искусственного разума, здесь исследуются, сопоставляются, сталкиваются такие понятия, как «сознание», «душа», «личность»…«Глаз разума» пристально рассматривает их с различных точек зрения: литературы, психологии, философии, искусственного интеллекта… Остается только последовать приглашению авторов и, погрузившись в эту книгу как в глубины сознания, наслаждаться виртуозным движением мысли.Даглас Хофштадтер уже знаком российскому читателю. Переведенная на 17 языков мира и ставшая мировым интеллектуальным бестселлером книга этого выдающегося американского ученого и писателя «Gödel, Escher, Bach: an Eternal Golden Braid» («GEB»), вышла на русском языке в издательском Доме «Бахрах-М» и без преувеличения явилась событием в культурной жизни страны.Даглас Хофштадтер — профессор когнитивистики и информатики, философии, психологии, истории и философии науки, сравнительного литературоведения университета штата Индиана (США). Руководитель Центра по изучению творческих возможностей мозга. Член Американской ассоциации кибернетики и общества когнитивистики. Лауреат Пулитцеровской премии и Американской литературной премии.Дэниел Деннетт — заслуженный профессор гуманитарных наук, профессор философии и директор Центра когнитивистики университета Тафте (США).

Дуглас Роберт Хофштадтер , Оливер Сакс , Дэниел К. Деннетт , Дэниел К. Деннет , Даглас Р. Хофштадтер

Биология, биофизика, биохимия / Психология и психотерапия / Философия / Биология / Образование и наука
Логика случая. О природе и происхождении биологической эволюции
Логика случая. О природе и происхождении биологической эволюции

В этой амбициозной книге Евгений Кунин освещает переплетение случайного и закономерного, лежащих в основе самой сути жизни. В попытке достичь более глубокого понимания взаимного влияния случайности и необходимости, двигающих вперед биологическую эволюцию, Кунин сводит воедино новые данные и концепции, намечая при этом дорогу, ведущую за пределы синтетической теории эволюции. Он интерпретирует эволюцию как стохастический процесс, основанный на заранее непредвиденных обстоятельствах, ограниченный необходимостью поддержки клеточной организации и направляемый процессом адаптации. Для поддержки своих выводов он объединяет между собой множество концептуальных идей: сравнительную геномику, проливающую свет на предковые формы; новое понимание шаблонов, способов и непредсказуемости процесса эволюции; достижения в изучении экспрессии генов, распространенности белков и других фенотипических молекулярных характеристик; применение методов статистической физики для изучения генов и геномов и новый взгляд на вероятность самопроизвольного появления жизни, порождаемый современной космологией.Логика случая демонстрирует, что то понимание эволюции, которое было выработано наукой XX века, является устаревшим и неполным, и обрисовывает фундаментально новый подход — вызывающий, иногда противоречивый, но всегда основанный на твердых научных знаниях.

Евгений Викторович Кунин

Биология, биофизика, биохимия / Биология / Образование и наука