Читаем Враг полностью

От железной двери шла утоптанная тропинка к месту парковки. То, что архитектор назвал бы «дорожками желания». Ни одна из них не вела на север, в мою сторону. Все они уходили на запад или на восток. Тень утром, тень днем. Поэтому я остановился на расстоянии в десять ярдов от двери, оставаясь на открытой местности. Хорошая позиция, если подумать. Может быть, это даже лучше, чем рисковать, пытаясь застать Маршалла врасплох. Я могу прождать здесь целый день. Никаких проблем. Стоял январь, и полуденное солнце было мне не страшно. Я мог оставаться здесь до тех пор, пока Маршалл не сдастся. Или не умрет от голода. Я знал, что ел значительно позже, чем он. А если он захочет выйти, чтобы застрелить меня, я всегда сумею его опередить. Никаких проблем.

Проблему представляли проемы в шлакобетонных блоках с трех остальных сторон. Проемы были размером с обычные окна. В них можно вылезти. Даже такой крупный человек, как Маршалл, сумел бы справиться с такой задачей. Например, он мог выбраться через западное окно и добежать до своего «хаммера». Или – через южное и до моего «хаммера». В военных автомобилях нет ключей зажигания. У них имеется большая красная кнопка стартера, чтобы можно было быстро сесть внутрь и тут же уехать подальше от опасности. А я не мог одновременно наблюдать за южной и западной стенами. Во всяком случае, с этой позиции, где сам находился в безопасности.

А нуждаюсь ли я в безопасности?

Вооружен ли Маршалл?

Я не представлял себе, как найти ответ на это вопрос.

«Никогда не доверяй оружию, из которого сам не стрелял».

Я навел пистолет на середину железной двери и нажал на курок. «Беретта» работала. Работала превосходно. Вспышка, гром выстрела, отдача, затем пуля со звоном ударила в дверь и оставила маленькую блестящую вмятину на металле, в десяти ярдах от меня.

Я подождал, пока смолкнет эхо.

– Маршалл! – позвал я. – Ты оказываешь сопротивление аресту. А потому я сейчас начну обходить дом и стрелять в оконные отверстия. И тогда тебя либо убьет пулей, либо ранит рикошетом. Если ты захочешь, чтобы я прекратил, выйди из дома с поднятыми над головой руками.

Я вновь услышал шум радиопомех из домика.

Я сместился на запад. Теперь я двигался быстро, пригнувшись к земле. Если он вооружен и будет стрелять, то обязательно промахнется. Дайте мне выбор, в кого стрелять, и я всякий раз предпочту яйцеголового стратега. С другой стороны, он сумел справиться с Карбоном и Брубейкером. Поэтому я слегка увеличил радиус, чтобы оказаться за его «хаммером». Или за старым танком «Шермана».

На полпути я остановился и выстрелил. Нельзя давать обещания, а потом их не выполнять. Однако я целился во внутренний срез окна, чтобы пуля дважды отрикошетила от стен и потолка. Большая часть энергии будет потеряна, и его ранение не будет серьезным. Девятимиллиметровая пуля от «парабеллума» – хорошая пуля, но она не обладает магическими свойствами.

Я спрятался за капотом его «хаммера». Положил руку с пистолетом на нагревшийся металл. Камуфляжная краска имела неровную поверхность, как будто к ней добавили песок. Я прицелился в домик. Теперь я находился в небольшой низине – домик остался выше. Я выстрелил еще раз, целясь в другое окно.

– Маршалл! – позвал я. – Если ты хочешь погибнуть от рук полицейского, я не стану возражать.

Никакого ответа. Я потратил три патрона. Осталось двенадцать. Умный человек улегся бы на пол, предоставив мне возможность расстрелять все патроны. Сейчас я находился в низине, и все траектории моих выстрелов будут проходить над ним. Свою роль сыграет и скос на окнах. Конечно, я мог бы попытаться стрелять в потолок и заднюю стену, но рикошеты вовсе не обязательно повторяют путь идеальных шаров в бильярде. Нет, рассчитывать на удачный рикошет было бы глупо.

Я увидел движение в окне.

Маршалл оказался вооружен.

И не пистолетом. Я увидел большое дуло, направленное на меня. Черное. Размером с дождевую трубу. Наверное, это «Итака Маг-10». Превосходное оружие. Если вы хотите иметь дробовик, то «Маг-10» – лучший вариант. Он получил прозвище «Перекрывающий дорогу», поскольку эффективен против машин с тонким кузовом. Я сразу же присел, так чтобы двигатель «хаммера» оказался между мной и домиком, и постарался стать поменьше.

Потом я снова услышал, как заработал передатчик внутри домика. Передача была очень короткой и тихой, к тому же мешали помехи, так что я не сумел разобрать слов, но ритм и модуляции позволяли предположить слово, состоящее из четырех слогов. Может быть, «повторите»? Именно такой бывает реакция, когда ты слышишь непонятный приказ.

Я услышал повторный сигнал. «Повторите». Затем раздался голос Маршалла. Совсем тихий. Тоже четыре слога.

– Подтверждаю.

С кем он говорит и каков был его приказ?

– Сдавайся, Маршалл! – крикнул я. – Неужели ты хочешь оказаться по уши в дерьме?