Читаем Враг (ЛП) полностью

  В своей комнате он разделся с одеждой и набрал ванну. Пока шла ванна, он осмотрел в зеркале свою рану. Кровь залила всю его руку. Сама рана была около четырех дюймов в длину, может быть, одна восьмая дюйма в глубину, и она кровоточила гораздо сильнее, чем когда в него впервые выстрелили. Он вставил пробку в раковину и открыл кран с горячей водой. В гостиничном номере был чайник, кружки, чайные пакетики и пакетики растворимого кофе и сахар. Виктор бросил два чайных пакетика в кружку и налил достаточно холодной воды, чтобы намочить их. Он достал из своего багажа чистую футболку и разорвал ее на полоски. Возникшая боль заставила его скривиться.

  Он опустил поврежденный трицепс в раковину, и через несколько секунд вода стала бледно-красной. Стиснув зубы, он промыл рану, чтобы избавиться от следов одежды или другого мусора. Он промокнул руку полотенцем, вынул из кружки влажные чайные пакетики и приложил их к ране. Он держал локоть и плечо горизонтально, чтобы уравновесить чайные пакетики, и намотал полоску футболки на руку. Он крепко перевязал рану, но не слишком туго, чтобы чайные пакетики лучше подействовали. Кровоостанавливающие дубильные вещества, содержащиеся в чае, помогают остановить кровотечение, снизить вероятность заражения и ускорить процесс заживления. Через пять минут Виктор проверил чайные пакетики и обнаружил, что они пропитаны кровью. Он заменил их еще двумя и перевязал рану чуть сильнее. Когда он проверил еще через пять минут, кровотечение остановилось.

  Виктор разорвал пакетик с сахарным песком и осторожно высыпал его в раневой канал. Он не знал, инфицирована ли рана, но противомикробное действие сахара гарантировало, что это не так. И если он был инфицирован, сахар, как мы надеемся, убьет бактерии или, по крайней мере, замедлит их распространение. Затем он подтянул руку еще одной полоской футболки, выпил две миниатюрные бутылочки водки из мини-бара и опустился в ванну, держа правую руку подальше от воды.

  Теперь его рана была чистой и перестала кровоточить, она могла начать правильно заживать. У него будет еще один шрам, но когда у него их уже так много, еще один не будет иметь большого значения. Он не имел привычки снимать рубашку на людях, но если шрам оказывался слишком заметным, то большая часть его денег оказывалась в карманах пластических хирургов. Помимо богатых женщин, убийцы, вероятно, были их лучшими клиентами.

  Как ни хороши чайные пакетики и сахар для заживления ран, было бы лучше использовать подходящее оборудование для оказания первой помощи. Он не мог рисковать и пытаться найти круглосуточную аптеку сразу после нападения, потому что полиция была начеку. Виктор сомневался, что они узнают, что ищут только одного человека, по крайней мере, пока, но если он выйдет на улицу, его можно будет остановить наугад. Они, вероятно, были бы достаточно умны, чтобы установить наблюдение за больницами и аптеками.

  Присутствие полиции было огромным всю ночь, в надежде поймать преступников, когда они убегали. Ожидаемым действием был бег. Это то, что преступники делали в таких ситуациях. И Виктор считал это прекрасной тактикой в условиях кризиса. Если местоположение было скомпрометировано, откажитесь. Выйдя из первоначальной опасной зоны, остановитесь, перегруппируйтесь, сформулируйте план. Но поспешное отступление в данном случае было слишком рискованно с его раной. Ночью на улицах было мало людей, среди которых можно было бы исчезнуть, и меньше средств, чтобы быстро сбежать. Несмотря на то, что рана была такой свежей, ее было бы трудно замаскировать, и она помешала бы ему, если бы его заметили.

  Он чувствовал усталость. Адреналиновое похмелье достигло своего пика, и ему приходилось бороться, чтобы держать глаза открытыми. В его голове промелькнули образы нападения. Хуже быть не могло: Ямут сбежал, Виктор был вынужден убить чью-то группу наблюдения, и сам был ранен в процессе.

  Он мало знал об этой команде, но знал, что они были там, чтобы записать встречу между Ямутом и Петренко, но не имели никакого отношения ни к тому, ни к другому, несмотря на их вмешательство, когда Виктор начал всех убивать. Если бы они были соратниками Ямута или Петренко, то откликнулись бы на крики о помощи. Они тоже не были белорусскими спецслужбами. Русский наблюдатель был недостаточно хорош для местного жителя, и полицейские или домашние шпионы назвали бы себя таковыми и попытались бы арестовать Виктора, вместо того чтобы стрелять в него.

  Он на время отбросил эти мысли из головы. Лежать в ванне он ничего не собирался, и все было спорно, если он не выбрался из Минска.

  Удары неприятно давили на его плечи, но нужно было стоять лицом к двери ванной. Он открыл ее, чтобы видеть спальню, и маленькое зеркало, стоявшее на полу и наклоненное так, чтобы он мог видеть в нем отражение двери гостиничного номера. Он не ожидал, что через него кто-нибудь пройдет, но меры предосторожности окупались только в том случае, если их принимали каждый раз.