Читаем ВПКУ КГБ СССР полностью

Новогоднее веселье продолжалось до самого раннего утра. Уставшая и сонная компания к четырём часам утра окончательно притихла, отдаваясь во власть утреннего сна. Отдыхали, кто, где и как мог. Ильдус, Славик и оба Саши оккупировали большой диван. Можно было не сомневаться, что в другое время они вчетвером не смоги бы уместиться на том диване. Ирина и Игорь куда-то исчезли ещё раньше. В самом лучшем положении оказались братья Соколовы. В соседней комнате в своей кровати мирно спал Юра. А Виталий, не раздеваясь, вытянулся во весь свой большой рост на не расправленной тахте. Виктор собрал в ряд четыре стула и довольно таки неплохо устроился на них. Мира и Мурат, сидя рядом в одном кресле пытались подремать. Спинка кресла была низкой, это усложняло возможность свободно откинуться головой назад. В итоге, они решили последовать примеру Игоря и Ирины. Как только услышали на улице стук колёс первого утреннего трамвая, они быстро оделись и вышли из дома.

Было замечательное новогоднее утро. Свежий морозный воздух бодрил и быстро вытеснял из тела усталость и сонливость. Было так тихо, что казалось, хруст снега под ногами был настолько громким, будто он мог разбудить людей, спящих в домах, стоящих вдоль трамвайной улицы Сатпаева. И ни одного человека не было видно ни на Сатпаева, ни на улице Гагарина. Словно всё замерло в безлюдной морозной тиши раннего первого утра нового года. Мурату то пустынное утро напомнило детскую сказку «Пале один на всём свете». Но вслух своей подруге сказал:

– Мы одни на всём белом свете. Никого, ничего, только снег, мы вдвоём и наши шаги. А снег так громко хрустит…

Она улыбнулась, ещё плотнее прижалась к его руке и тихо произнесла:

– А я тоже об этом подумала. Как хорошо! Какие у нас замечательные друзья. Это мой самый лучший новый год.

Сейчас она казалась Мурату совсем другой. Он её такой ещё не видел. Мурат чувствовал, как его охватывало нежное и волнующее чувство, от чего становилось тепло и в тоже время наступало какое-то чувство стеснения. Только позже он поймёт, что это было чувство пленяющей нежности. А тогда, лёгкий жар, ударивший в лицо, привёл его в некоторое смятение.

Когда подошли к остановке они скорее услышали, чем увидели трамвай, движущийся в их сторону по трамвайным путям, где-то там далеко на улице Жарокова.

– А поехали к нам, а то мои тебя давно не видели, – как-то вдруг живо предложила Мира.

Предложение было неожиданным. Не обдумывая его, Мурат устало ответил:

– Я обещал прибыть домой, как штык не позже восьми утра. Если нарушу договор, то они меня в другой раз не отпустят. Да и спать тянет. А давай, завтра!

Он заметил, как в голубых глазах пышноволосой, стройной высокой девушки бодрая радость сразу угасла. Мурат смотрел на неё и думал: «Неужели она не устала от новогодней вечеринки?». Чтобы как-то устранить проявившуюся у неё грусть, предложил встретиться уже сегодня, но после обеда. Посмотрев на приближающийся трамвай, она радостно согласилась и сказала, что будет ждать его.

Трамвай, громко стуча по рельсам, повёз Миру домой в западном направлении. Мурат успел заметить, что в салоне удаляющегося транспорта сидели поодиночке всего четыре человека. Надо же, в такой ранний час эти редкие пассажиры трамвая тоже куда-то ехали. Наверное, так же, как Мира они едут домой после своей новогодней вечеринки.