Читаем ВПКУ КГБ СССР полностью

Первого сентября на первом учебном разводе всех курсантских подразделений училища прямо из гауптвахты вывели курсанта перед общим строем обучающихся и их командиров. Начальник штаба зачитал приказ об исключении провинившегося из училища и отправке его для шестимесячного прохождения срочной службы на границе в звании рядового. По команде начальника училища комендант учебного гарнизона вышел из строя с ножницами и направился к курсанту стоящему перед строем без зелёной фуражки и поясного ремня. Офицер срезал с плеч наказанного курсантские погоны и под конвоем его вновь отправили на гауптвахту. История вины курсанта была в следующем. Он заканчивал обучение на последнем курсе пограничного училища и готовился к выпуску. Были позади сданные зачёты и экзамены. Из четырёх государственных экзаменов, которые были завершающим этапам на пути к выпуску, оставались ещё два. То есть до выпуска из училища в звании лейтенанта оставалось десять дней. После успешно сданного второго государственного экзамена выпускник убыл домой с увольнительной на три часа к молодой жене. Прибыв в училище без опоздания, курсант доложил об этом дежурному офицеру. Тот, как бы в шутку спросил у курсанта мол, что последние деньки остались до выпуска, а по такому поводу не мешало бы и выпить с женой. Без пяти минут офицер взял, да и как бы по дружеский сказал дежурному офицеру, что пообедал дома с женой ну, и выпил стаканчик вина. Отметив увольнительную записку у дежурного, курсант направился в казарму. Дежурный сразу же доложил вышестоящему начальству, что такой-то курсант вернулся из увольнения с запахом спиртного, о чём виновный сам сознался. Через час увольнявшийся был арестован и направлен на 15 суток на гауптвахту. В итоге, оставшиеся два экзамена прошли в течение десяти дней без его участия, государственная московская комиссия убыла в столицу, выпускники торжественно выпустились, получив офицерские звания с дипломами об окончании высшего военного заведения и убыли в свой первый тридцатидневный уже офицерский отпуск в свои родные города. А виновного в употреблении вина лишили курсантского звания, исключили из училища и в звании рядового отправили на пограничную заставу дослужить ещё шесть месяцев. В дальнейшем стало известно, что бывшему курсанту, который проучился в пограничном училище четыре года, в пограничном отряде ему присвоили звание старшины срочной службы. Вот такая грустная история.

Был и такой интересный случай среди первокурсников. Из далёкого грузинского села приехал поступать в училище высокий симпатичный паренёк по имени Зураб Мойцрапишвили. Он с большим трудом поступил в пограничное училище, кое-как набрав общий проходной балл. И когда выдали курсантское обмундирование, он с великим возмущением и недоумением потребовал от начальника группы чекистскую кожанку и маузер. Училище-то чекистское, Комитета государственной безопасности (КГБ). Все восприняли его требования, как шутку весёлого и разговорчивого молодого человека. Но когда он подал письменную жалобу на имя начальника училища о том, что, ему, поступившему в чекистское училище, положены кожанка с револьвером, а в итоге его одели во что-то не понятное, то некоторым начальникам стало не до шуток. Многим думалось, что парень, как говорится, включил «дурака», по причине того, что ему за два месяца пребывания в стенах строгого военного училища, охота стать офицером пограничником улетучилась как утренний туман с вершин кавказских гор. Зураб действительно вёл речь на серьёзной основе. Когда ему начальники всё объяснили, Мойцрапишвили наотрез отказался обучаться пограничному делу, заявив, что в училище заманивают честных людей, а затем обманывают. И вообще, он должен бы предстать перед жителями родного села настоящим чекистом в кожаной куртке и с револьвером. А теперь что? Как он может показаться дома в такой не понятной одежде с погонами юнкера царской армии. К тому же, учиться-то, оказывается, придётся целых четыре года. На самом деле Зураб готовился получить офицерское звание через год. На такой длительный срок он не рассчитывал. Да и родственники его ждут домой в новом обличии следующим летом. Вот так! В итоге, Зураб был отчислен из училища по собственному желанию. А так как он ещё не принимал военной присяги, то считался гражданским лицом и потому мог ехать, куда ему вздумается. Однако думается, что это был хитрый ход Зураба в плане уклонения от обязательного военного призыва в армию. В своём районном военкомате он числился, как направленный в военное училище. И видимо, у парня была какая-та возможность таким путём полностью избавить себя от призыва в армию.