Внезапно, прежде чем кто-либо смог вмешаться, Эдгар вывернулся и выхватил кинжал у одного из охранников. И хотя Морган тут же бросился на него, понимая, что сейчас произойдет, он уже знал, что не успеет остановить его.

Когда руки Моргана коснулись его, было уже поздно: кинжал вошел глубоко в живот Эдгара. Бедняга-лорд согнулся вдвое и упал на пол, а Морган и ошеломленные охранники смотрели на тело, лежащее на полу. Капитан был в ужасе.

– Он покончил с собой, сэр, – прошептал капитан, глядя на Моргана. – Вот что темные силы делают с человеком.

– Уберите его отсюда, – приказал Келсон. – И его друзей тоже. Нас сегодня больше не беспокоить, – он повернулся, а охранники повиновались, глядя вокруг испуганными глазами.

Морган стоял и смотрел, как охранники осматривают комнату, стараясь не выказать своего недоверия к лорду Дерини. Затем Морган вышел в коридор.

Дерри, помоги ему Бог. Он должен быть где-то здесь. Если он выполнил его приказ, а Морган не имел оснований сомневаться в этом, то он должен знать, как же всего три человека смогли прорваться через целый отряд охранников. Трое мертвы и по меньшей мере четверо тяжело ранены, сказал капитан. Если бы Дерри был среди живых!

То, что предстало его глазам в коридоре, напоминало бойню. Валялись тела, возле которых возились врачи, толпились солдаты. Мимо него санитары несли двоих. Морган взглянул на носилки, но Дерри там не обнаружил. Он стал рассматривать тех, кто еще оставался лежать здесь, пока не увидел знакомый голубой плащ у стены. Хирург, осматривающий рану, повернулся к Моргану:

– Очень сожалею, но боюсь, что для этого человека, милорд, уже ничего нельзя сделать, – он печально склонил голову. – Он умрет через несколько минут. Я лучше пойду к тем, кому могу еще помочь, – он повернулся и быстро отошел.

Морган встал на колени перед телом, отвернул край плаща, который закрывал лицо. Это был Дерри.

Когда Морган смотрел на него, касался его руки, он вспомнил слова женщины в сером: «Я хочу, чтобы ты заплатил за все… и я уничтожу всех, кого ты любишь, медленно, одного за другим…»

Первым был Брион, затем лорд Ралсон, молодой Колин из Фианы, его люди. И теперь Дерри. И он, Морган, ничего не может поделать.

Он взял холодную руку Дерри, поднял его безжизненное веко. Дерри был еще жив, но на самом краю смерти. Ужасная рана зияла в его боку. Вероятно, пробита печень и Бог знает что еще. Главная артерия тоже была задета, так как из раны толчками била алая кровь.

Морган достал платок из рукава и прижал к ране, стараясь остановить кровотечение, хотя знал, что это бесполезно. Если бы он мог сделать что-нибудь… если бы он мог вызвать какие-нибудь силы, залечивающие раны…

Внезапно он резко выпрямился, пытаясь ухватить что-то важное, мелькнувшее в голове. Когда-то давно он читал о таких силах, залечивающих раны, – силах, которыми обладали Дерини. В старые времена были даже люди, которые специально занимались этим делом. Но нет. Это же были чистокровные Дерини, хорошо обученные, имевшие в своем распоряжении все могущество Дерини, а он ведь полукровка. И времена изменились. Теперь люди верят в чудеса, а силы Бога не так просто вызвать и направить.

И все же если есть хоть малейший шанс, что он, Морган, сможет каким-то чудом – один только Бог знает как – вызвать забытые силы из прошлого, он должен попытаться.

Положив руки на лоб Дерри, он начал концентрироваться, очищать мозг, используя в качестве фокусирующего камня своего Грифона, как уже делал раньше, когда имел видение.

Он закрыл глаза и сконцентрировался на вызове излечивающих сил, на том, что Дерри должен выздороветь. В коридоре, где он стоял на коленях, было холодно, но пот стекал с его лба и каплями падал с подбородка. Он ощущал, как теплая влага испарины покрыла его руки.

И затем это случилось. В какое-то мгновение он ощутил, что его коснулась пара рук, что-то чужое прошло сквозь него и вдохнуло жизнь и силы в безжизненное тело, которого он касался руками.

Его глаза широко раскрылись от изумления: Дерри глубоко вздохнул. Его веки задрожали, и дыхание изменилось. Казалось, он спит глубоким сном. Удивленный, Морган убрал руки со лба юноши и потянулся за платком, закрывавшим рану. Он колебался, боясь разрушить заклинание, но затем осмелился и снял платок с раны.

Раны не было! Она исчезла, залечилась – без какого-либо шрама, отметки. Ничего! Морган смотрел, не веря своим глазам, затем поспешно снял бинт с перевязанной руки – и эта рана излечилась! Он откинулся на пятки, не в силах понять, что же произошло.

И тут позади раздался голос, который превратил его кровь в лед, – голос, от которого волосы его зашевелились:

– Отлично сделано, Морган!

Глава 11

Морган резко повернулся и принял оборонительную позу, ожидая почти наверняка увидеть лицо из своего видения.