Читаем Возвращение в темноте полностью

Перед поворотом на шоссе фургон притормозил, и Кроукер понял, что лучшего момента уже не будет. Он изо всех сил прыгнул вперед, биомеханические пальцы царапнули по заднему бамперу, сдирая краску и пластик, и уцепились за какой-то выступ.

Кроукер попытался подтянуть ноги, но тут автофургон рванул вперед, и он больно ударился о бетонное покрытие коленом и бедром. Правой рукой он безуспешно пытался нащупать хоть какую-нибудь выемку на бампере, за которую можно было бы ухватиться. Тем временем фургон снова резко затормозил, пропуская полицейскую машину, и Кроукер понял, что при следующем рывке он неминуемо свалится. Он стал изо всех сил подтягивать тело на бампер, и ему уже удалось закинуть одну ногу, но тут снова взревел двигатель, и автофургон на большой скорости резко свернул направо, выезжая на шоссе.

Центробежной силой Кроукера швырнуло вбок, нога соскользнула с гладкой поверхности бампера, и он ударился подошвой башмака об асфальт так сильно, что полетели искры. Кроукеру грозило быть заживо освежеванным, если ему не удастся забраться на подножку. Но и отступить, когда убийцы были так близко, он не мог.

Фургон мчался вперед, то и дело совершая опасные маневры. Вслед ему неслись сердитые гудки и жалобный визг тормозов. Подтянувшись изо всех сил, Кроукер зацепился своей биомеханической рукой за поручень левой задней двери фургона. Еще через несколько секунд ему удалось закинуть ноги на бампер. На какое-то мгновение Кроукер замер, весь дрожа, словно он висел на краю отвесной скалы. Он старался не смотреть вниз, на дорогу, стремительно убегавшую из-под колес мощного автофургона. И тут он увидел нарисованный на двери фургона мистический знак — треугольник, вписанный в окружность, именно так и сказал ему мистер Лейес.

Должно быть, скорость фургона уже превышала семьдесят миль в час. Кроукер плотнее прижался к левой двери. Биомеханические пальцы надежно держались за поручень. Дотянувшись другой рукой до правой двери, Кроукер нажал на ручку и потянул на себя.

Под нажимом Кроукера дверь распахнулась настежь, и в этот момент фургон резко свернул с шоссе. Кроукеру чудом удалось сохранить равновесие. Одна нога все же соскользнула с бампера, и только сила биомеханической руки удержала его от падения и неминуемой гибели.

Ему пришлось собрать последние силы, чтобы вновь забраться на подножку. Но тут фургон внезапно резко затормозил. Сила инерции бросила Кроукера всем телом на левую дверь, и в тот же момент фургон снова рванулся вперед. От сильного удара Кроукер чуть не потерял сознание, и снова его спасла биомеханическая рука. Внезапно Кроукер почувствовал, что кто-то схватил его за ворот рубашки. С трудом повернув голову, он увидел знакомые злобные глаза янтарного цвета. Лицо было одновременно привлекательным и хищным, словно лисья морда. Над высоким лбом развевались волосы цвета жженого сахара. Это был Карлито!

Поджав губы, он сказал:

— Да это же наш детектив!

И тут же Кроукер получил сильный удар кулаком по лицу. Из глаз у него посыпались искры, и если бы не отблески уличных огней на металлическом лезвии, он бы не заметил скальпель, зажатый в руке Карлито. Льюис замотал головой, пытаясь прийти в себя после страшного удара. Желтоглазый мрачно ухмыльнулся, и тут Кроукер увидел рядом с ним еще одно, точно такое же лицо со злобными янтарными глазами.

О Боже! Близнецы!

— Да, я не Карлито. Карлито умер, — словно читая мысли Кроукера, сказал второй желтоглазый мужчина. — И я сам приложил руку к его кончине. История, которую я рассказал тебе, имела трагический конец. — В его глазах сверкнула злоба. — Надо же, как быстро мы встретились снова, детектив! Кто бы мог подумать! Клянусь, я получил немалое удовольствие от нашей первой встречи, а ты?

Первый близнец угрожающе взмахнул скальпелем.

— Антонио! — закричал он, стараясь перекричать вой ветра и скрежет колес. — Он прилип к нам, словно банный лист. Что будем с ним делать?

«Так это был не брат Сони! — пронеслось в голове У Кроукера. — Это был сам Антонио Бонита!»

С огромным трудом высвободив правую руку, Кроукер замахнулся, но первый близнец, Хейтор Бонита, успел ударить его каблуком под ребра. Кроукер скорчился от сильной боли, тщетно пытаясь вздохнуть. Хейтор нанес еще один удар, и Кроукер упал на колени, сползая со спасительной подножки и удерживаясь только благодаря своей биомеханической руке, мертвой хваткой вцепившейся в поручень. Антонио невозмутимо наблюдал за происходящим.

Внезапно внимание Хейтора привлекла биомеханическая рука Кроукера.

— Это что еще такое? — спросил Хейтор таким странным голосом, что Кроукер насторожился.

— Протез, — отозвался Антонио. — Я же тебе говорил.

— Да, говорил, — сказал Хейтор. — Я хочу эту штуку. Он взмахнул скальпелем, и Кроукеру стало ясно, что произойдет в следующую секунду. Казалось, Хейтор был заворожен биомеханическим протезом. Подобно энтомологу, неожиданно увидевшему новый вид бабочки, он не собирался просто так упустить свою находку. Он собирался отрезать эту руку по самое запястье!