Читаем Возвращение в темноте полностью

Было уже почти десять часов вечера, когда Кроукер подъехал к дому Эстреллы Лейес в Эль-Порталь. За занавесками были видны голубоватые отсветы телевизионного экрана — Пабло Лейес, как всегда, смотрел спортивные передачи.

Соседний дом, дом Сони, был темным и безжизненным. Кроукер постоял у куста жасмина, вдыхая волнующий аромат его белоснежных цветов. В сгустившихся сумерках едва слышно шелестело старое лимонное дерево. Кроукер представил себе, что это голос Сони. Ему хотелось вновь услышать ее смех, увидеть яркий блеск темных глаз... В нем загорелось страстное желание отомстить тем, кто лишил ее жизни, кто так жестоко обошелся с Рейчел! Он знал, наступит время, когда он встретится с Антонио и Хейтором в последней смертельной схватке, когда никакой компромисс не сможет примирить врагов. Это будет время мщения и смерти!

С этими мыслями он направился к дому семьи Лейес. Входная дверь была распахнута настежь, чтобы слабый ветерок хоть немного освежил нагретое за день помещение. Из дома доносились звуки излишне эмоциональной скороговорки комментатора. Похоже, показывали футбольный матч с участием хваленой аргентинской команды.

На дверном стекле, словно приклеенная, сидела большая ночная бабочка. Ее светлые пятнистые крылышки казались осыпанными пудрой. Кроукер ступил на крыльцо, и на бабочку упала его тень. Ночная красавица тут же вспорхнула и скрылась в густых сумерках. Кроукер вошел в дом.

На экране телевизора гоняли мяч футболисты, подбадриваемые оглушительными криками болельщиков. Кто-то сидел в большом мягком кресле перед телевизором. С того места, где стоял Кроукер, была видна лишь макушка. Похоже, это была лысая голова Пабло Лейеса.

В доме пахло травами и пряностями, Кроукеру вспомнилось снадобье, которым Эстрелла хотела помочь умиравшему от СПИДа Нестору, другу Сони.

На столике у стены Кроукер заметил фотографию молодой девушки на фоне тропической зелени. Это была фотография Эстреллы Лейес в молодости, в джунглях неподалеку от Асунсьона. Ее глаза поражали невероятной проницательностью.

Кроукер хотел было позвать хозяина, но что-то его остановило. В доме было что-то не так — открытая настежь входная дверь, чересчур громко работающий телевизор, промелькнувшая в кухне тень...

Кроукер уставился на спинку кресла.

Он вспомнил, как в первый раз смотрел фильм «Психоз». Почти в самом конце фильма была сцена, когда героиня, Марион Крейн, поднявшись на чердак дома Бейтсов, поворачивала к себе кресло-качалку, в котором сидел мумифицированный труп матери Нормана Бейтса. Вплоть до этой сцены зрители были уверены в том, что мать Бейтса была действительно жива, потому что сам Норман периодически разговаривал с ней. И только в самом конце все открылось — смерть матери и безумие Нормана.

Кроукеру, после того как он нашел отрезанные головы в холодильнике и на конторской полке, не нужно было сильно напрягать воображение, чтобы представить себе еще один труп, глядящий в телевизор мертвыми глазами. Но если Пабло Лейес был мертв, то чья же тень мелькнула в кухне? Кроукер коснулся лежащего в кармане камня духов. Он уже хотел было сделать шаг к креслу, когда неожиданно услышал:

— Мистер Кроукер? Вот приятная неожиданность!

Вращающееся кресло повернулось, и Пабло Лейес улыбнулся Кроукеру.

— Не пугайся, сынок, я увидел твое отражение в экране телевизора — Он ткнул пальцем через плечо.

Кроукер облегченно вздохнул и расслабился.

— Надеюсь, вы не против моего неожиданного вторжения? Мне очень нужно поговорить с вами прямо сейчас.

Лейес широко улыбнулся.

— Рад поговорить с тобой, сынок, в любое время дня и ночи. — Он машинально погладил руку. — Давненько никто не нуждался во мне настолько, чтобы приходить ко мне домой в неурочное время. Хочешь выпить чего-нибудь? Или перекусить? Я позову Эстреллу, чтобы она покормила тебя.

— Нет, спасибо, ничего не нужно. У меня слишком мало времени.

— Ну, тогда хоть присядь.

Подождав, пока Кроукер усядется на краешек дивана, он спросил:

— Ну, что за дело, не терпящее отлагательств, которое привело тебя сюда?

— Помните, вы говорили мне, что работали в телефонной компании?

Лейес кивнул:

— Ну да, одно время я работал линейным монтером, седлал столбы, как настоящий ковбой! Йа-хо!

— Но потом вы работали контролером?

Глаза Лейеса затуманились.

— Было дело, но недолго, эта работа пришлась мне не по душе. Терпеть не могу возиться с бумажками.

Кроукер подался вперед всем телом.

— Я хотел бы узнать, каким образом можно постороннему человеку проникнуть в автоматизированную информационную систему телефонной компании.

— То есть взломать ее, попросту говоря? — скривился Лейес. — Черт побери, сынок, нет ничего проще! Даже я могу это сделать при помощи моего домашнего компьютера. — Он хитро поглядел на Кроукера. — А что, ты вздумал проникнуть в эту систему?

Эта мысль, казалось, развеселила его.

— Да, я хотел бы войти в систему, — сказал Кроукер. — Несколько дней назад я уже пробовал войти в нее при помощи полицейского кода.

— Нет, этот код тут не сработает, сынок.