– Слушай, Петя, ты меня уже достал! Хочешь покупать продукты – покупай! Не хочешь – проваливай отсюда!

– Хорошо, дайте мне, пожалуйста, книгу жалоб!

– Чего?!

– Книгу жалоб!

– Да у нас её отродясь не было! Ты первый человек, которому здесь что-то не понравилось!

– Хорошо, тогда дайте мне, пожалуйста, четыре пачки макарон, пачку сушек и вон ту тетрадь в клетку.

– А тетрадь-то тебе зачем?

– Сделаю вам книгу жалоб!

Тётя Галя манерно медленно выкладывает на прилавок заказ. Купив не только тетрадь, но и шариковую ручку, Петя выводит на зелёной обложке четыре красных слова: «Книга жалоб и предложений». Открыв первую страницу, на глазах изумлённой продавщицы Петя оставляет внушительный отзыв. Клиент требует уважения и соблюдения элементарных правил приличия. Дописав, Петя отдаёт продавщице тетрадь и, переложив продукты в сетку, выходит вон. Убедившись, что Павлов ушёл на безопасное расстояние, тётя Галя вырывает первую страницу, но саму тетрадь не убирает. Продавщице кажется теперь, что «Книга жалоб и предложений» придаст её магазину ещё больше статусности.

Когда ужин приготовлен и съеден, Петя переходит к делу. Прижав лист ватмана четырьмя книгами: «451 градус по Фаренгейту», «Над кукушкиным гнездом», «1984» и «Незнайка в Солнечном городе», парень берёт в руки кисточку и, намочив её в воде, аккуратно пишет придуманный ещё утром лозунг:

«Завод – смерть дятлу!»

Песнь вторая

Отсидев в Острожской зоне семь лет, человек-комбинация Аркадий Кичман в шутку берёт себе эту фамилию, однако городок в поисках новой жизни не покидает. Напротив, долгие годы разглядывая зарешёченную степь, мужчина однажды решает, что весь этот край, весь до самого горизонта будет принадлежать только ему. Так и случается. Решив поэкспериментировать, бывший зэк засаживает гектары бесхозных полей хлопком, и, пока острогчане утверждают, что ничего путного из этого не выйдет (как-никак район рискованного земледелия), Кичман получает хлопок четвёртой категории, и дела его резко идут в гору. Собственно, дела идут до того хорошо, что Аркаша открывает завод по производству предметов гигиены и со временем приобретает едва ли не всю недвижимость Острога. Однажды, сам того не замечая, Кичман становится мэром провинциального городка, сперва серым, а со временем и вполне себе легитимным. Острогчане Кичмана любят, и теперь, когда на месте мёртвого леса он собирается возвести ещё один завод, все очень рады, и только Петя – нет.

Старые трухлявые деревья служат приютом многим птицам. Дятлы выдалбливают в них дупла, помогая обустроиться синицам, лазоревкам и сычам. Прекрасно понимая, что фабрика нанесёт природе непоправимый урон, Павлов собирает на заводе митинг и пытается объяснить рабочим, что начинать строительство на месте старого леса ни в коем случае нельзя. К собственному удивлению, Петя замечает вдруг, что судьба птиц никого не волнует.

– Слушай, Петь, ты чего? У нас тут люди десятилетиями с трудом выживают! Зэки, откинувшись, годами без работы сидят! Сам же знаешь, что таким, как ты вот, детдомовцам, совсем некуда работать идти. В кои-то веки за территорией зоны появляются новые рабочие места, а ты предлагаешь о мёртвом лесе подумать?!

– Неужели вы забыли, что здесь заканчивается линия гнездования трёхпалого дятла?!

– Кого?

– Трёхпалого дятла! Это же очень редкий вид!

– Это ты у нас, Петя, редкий вид! Иди-ка ты лучше работай!

Прознав, что утром в субботу Кичман приедет осматривать сухостой, Петя с вечера рисует плакат и, едва рассветает, устраивает на месте предполагаемой застройки то, что в столице принято называть одиночным пикетом.

Заметив парня, мэр ничего не говорит. Бывший зэк Кичман не любит тратить время на лишние слова. Аркаша предпочитает действовать, а не говорить. Человек поступка, в начале разговора он никогда не здоровается, а в конце не прощается. Градоначальник изъясняется преимущественно глаголами и обыкновенно повелительного наклонения. Слова из него либо выпадают (если собеседник Кичмана не интересует), либо лупят хлёстко, словно плетью. Людей Аркаша делит всего на две категории: полезные и нет.

– Покажи! – приказывает мэр.

Взяв в руки лист ватмана, Кичман тотчас разжимает пальцы, и бумага падает на снег. Петино творчество градоначальнику неинтересно. Сухостой давно принадлежит ему, архитекторы уже закончили проект, и в эти самые минуты прорабы рассаживают рабов-строителей по автобусам. Маркиз Карабас уходит осматривать собственные земли и на прощанье бросает парню всего одно слово:

– Свали!

Проводив мэра и его помощников взглядом, Петя понимает вдруг, что блицкрига не будет. Кичмана просто так не одолеть. Разглядывая внушительную группу советников, Петя осознаёт, что стройку удастся заморозить только в том случае, если весь Острог восстанет.

Подняв с земли плакат, Петя отправляется в экспедицию по соседям. Ускоряя шаг в сторону «Москвича», он понимает, что буксовать ни в коем случае нельзя.

«Как же хорошо, что сегодня суббота, – думает он, – как это славно, потому что прямо сейчас я смогу со многими поговорить!»