Читаем Возвращение в Белоземицу полностью

У отца нарисовались какие-то дела, то ли с работы срочно позвонили, то ли нечто другое, о чём он не пожелал рассказывать, но извинившись уехал. Впрочем, до этого мы с ним успели вволю наиграться в шахматы, а потом ещё посидели на кухне, обсуждая последние новости – как оказалось, я совсем отстал от жизни в своей Белоземице. В мире творилось столько всякого разного, что оставалось лишь диву даваться людской фантазии и безумию. По сравнению с иными руководителями, Первый со своей подземной башней, мог считаться рядовым пенсионером, из тех, что иногда выходят посидеть перед подъездом, посудачить о том о сём со своими ровесниками.

Лишь выбравшись под жаркое, палящее солнце, я пожалел, о том, что ушёл из квартиры. Там было так прохладно и хорошо… Может всё же вернуться и подождать Яну дома? Определиться с этим решением, мне не дали. Высокий и худощавый мужчина, с длинным лицом и не менее длинным носом, сидевший на лавочке с унылым видом, поднял голову от кроссворда и предложил:

– Добрый день, Дмитрий. Давайте меняться?

– Чем? – удивился я.

– Я вам вкусное мороженое: черничное, ванильное, или банановый рожок, или все три сразу, на ваш выбор, а вы мне несколько минут своего времени для разговора.

– Нестандартный подход, – мне стало смешно. – А что продаёте? Хотя, то что вы знаете моё имя немного настораживает.

– Продаю? Нет, я скорее, как Чебурашка, ищу друзей – очень по-доброму, очень располагающе улыбнулся мой собеседник. – Познакомиться решил, с новым хранителем.

Вот так вот…

Он раскрыл сумку, стоящую рядом, на лавочке, в которой я увидел обычную картонную коробку. В ней обнаружилась россыпь сухого льда, и обещанное мороженое. Поколебавшись, я выбрал черничное и махнул в сторону деревьев:

– Может быть тогда уж от подъезда отойдём, в теньке сидеть сегодня приятнее.

– Это мы с радостью, – одобрил незнакомец, и подхватив сумку, поднялся.

Оказывается, назвав визитёра высоким, я его сильно недооценил. Дядя Стёпа, и никак иначе, труднее всего было не таращить глаза на своего спутника, идя рядом по двору. При своём росте в метр восемьдесят пять, я едва дотягивал до его подмышки.

Небрежно опустив сумку на обшарпанную лавочку, этот колоритный персонаж протянул руку и представился:

– Степан!

– Дима, – с трудом сохраняя каменное выражение на лице, пожал я ладонь. Та ещё лопата, кстати.

– Можете не сдерживать себя, и улыбнуться, мне самому порой смешно. Как так родителям удалось угадать с именем – даже не знаю. Меня и в школе иначе как «Дядя Стёпа» не называли, даже учителя.

– Вы из каких-то госструктур? – попытался угадать я.

– Оттуда, – покладисто согласился со мной Степан. – Удостоверение будем смотреть?

– Зачем? Предстоит настолько серьёзный разговор? – поднял я правую бровь. – Меня заверяли, что ваши ребята стараются не беспокоить хранителей.

– Вообще то так и есть, но познакомиться и поговорить, как простые люди, мы ведь можем? Тем более что вы пока ещё не вступили в полной мере в свои силы и права. Пять минут, не более. Говорят, чревато может быть, – он даже на часы посмотрел, и в самом деле, видимо контролируя время нашей беседы.

Этой его фразы я не понял, но, наверное, лучше было просто принять на веру, а потому согласился:

– Хорошо, слушаю вас. Мороженое, кстати, очень вкусное, спасибо.

Очередная улыбка – этому человеку хочется верить, а его обаянию поддаёшься сам того не замечая. Знают, кого посылать…

– Я хочу предложить вам помощь, не больше и не меньше.

– Вот как? – удивляюсь, и он кивает.

– Дмитрий, прогресс не стоит на месте. На дворе двадцать первый век, наука и техника шагнули далеко вперёд, по сравнению с прошлыми явлениями хранителей в наш мир. Вы уже пообщались с Мирославом, насколько я понимаю.

Теперь киваю я, и улыбка Степана становится доверительной, он говорит с небольшим сожалением:

– К сожалению, Мирослав родился в девятнадцатом веке. Задумайтесь, даже не в прошлом, а в позапрошлом! Он жил во времена распространения паровозов, при нём фотографии или те же спички только-только изобретались. Между вами стоит культурная и научная пропасти!

– Возможно, это так, – пожал я плечами, – ну и что?

– Общаться вам это конечно не мешает, кстати говорят, что Мирослав был весьма интересным собеседником, эрудированным и разносторонне образованным. Но он не способен правильно оценить помощь государства в вашей работе.

– Какую именно помощь? Кстати, что именно делают хранители? – поинтересовался я с искренним любопытством.

– Вам это не известно? – удивился Степан. – Я думал… Ну да… Мне, к сожалению, тоже. Но само слово «хранитель» говорит о том, чем вы будете заниматься, а любая работа делается быстрее с друзьями, согласитесь.

– Чего конкретно вы от меня хотите?

– Ничего, наоборот, я предлагаю вам помощь. Практически любую, а учитывая возможности нашей страны – это очень и очень много.

– Небескорыстную, разумеется.

– Насколько я знаю, вам это ничего не будет стоить, – пожал широкими плечами собеседник.

Вариантов не так и много, что им может потребоваться.

– Знания? Оружие?