Читаем Возвращение в Белоземицу полностью

– Мы – малый народ, – с достоинством кивнул уже знакомый нам мужичок, который кажется был среди них главным. Я – Муфтик, глава этой ветви.

Наш молчаливый провожатый занял место за столом, а Яна, заскочившая в дом, вынесла и расстелила на траве покрывало. Точно, об этом я почему-то и не подумал…

– Это Фультик – шепелявый привстал, здороваясь.

Я кивнул этому комично важному человечку и перевёл взгляд на следующих представляемых гостей.

– Это братья Буфтик и Бултик – ещё два безымянных персонажа обрели имена.

Первый – владелец широкополой шляпы, второй – странно не запоминающийся, какой-то бледный и блёклый, с носом-пуговкой.

– Ну и это – просто Малец. – Наш молчаливый провожатый кивнул. – он ещё совсем юн, даже говорить не умеет, а потому право носить взрослое имя ещё не заслужил.

Этот дедуля с седыми волосами на голове – юный? Сколько же остальным?

– Приятно познакомиться, – склонил я голову так же, как это только что делали они. – Может быть переберёмся в дом? Или же здесь будем?

Дедки сморщились, и я со вздохом начал устраиваться на покрывале, на которое Яна уже разложила принесённую еду. Недавно скошенная трава колола сквозь тонкую ткань, но надо – значит надо, будем пить на свежем воздухе.

– Не положено, – озвучил отказ Муфтик. – Не каждый день нам можно заходить в дом хранителя. Сегодня нельзя.

Ладно, нельзя – так нельзя, я понятливый...

– Так кто вы такие? Что значит «малый народ»?

– А что значит «люди»? – ответил вопросом на вопрос Муфтик. – Это соседи ваши, да ещё эти, которые из города приезжают.

– Некоторые, – уточнил Буфтик.

– Верно, некоторые, не все. Это – люди, они просто есть. Вот и мы тоже. Просто есть.

– Почему только «наши соседи»? – почувствовал себя обиженным я. – А нас с Яной почему не причисляете к числу людей?

– Ты, давай-ка не юли! – строго внушил мне собеседник.

– А?!

– Наливай говорю, знакомство надо значится начинать!

Забулькала бутылка, разливая своё содержимое. Гости смотрели на неё с восторгом, едва ли не облизываясь, и благоговейно нюхали свои крошечные наполненные стаканчики. Я тоже вдохнул запах и едва не закашлялся – спирт он и есть спирт...

– Шнакомштва! – прошепелявил Фультик поднимая свою рюмку и обвёл взглядом собравшихся.

– За нашу встречу, значится, – поддержал его глава ветви. – Большая честь, значится!

– Польщён нашей встречей, – не остался я в долгу, не зная, что ещё сказать. – Мы с Яной польщены в смысле.

Мужички лихо опрокинули рюмки и закрякали довольные. Потянулись за огурцами и помидорами, которые Яна нарезала маленькими кусочками – едва ли не настрогала им на тарелку, наш сопровождающий Малец вгрызся в тонкий кругляш сосиски. Я посмотрел в свою привычную туристическую кружку и выпил. В желудок точно провалился огненный шар, нечто подобное я уже ощущал, когда пил свой настой, но там градус был намного больше, здесь же всего сорок, если верить старинной этикетке, которая, кстати уже отвалилась и лежит на столе. Запил соком, закусил помидоркой – вроде полегчало, лишь стало теплее и как-то даже уютнее...

– Так почему соседи, а не мы с Яной? – повторил я свой вопрос.

– Ну она – понятно, – Муфтик даже рукой махнул пренебрежительно. – Такие как она никогда к людям не причисляли себя, что между прочим, не совсем верно, потому что корни то одни, против этого не попрёшь.

Я растерянно посмотрел на рыжую подругу – сидит, закусив нижнюю губу...

– А с тобой – теперь сложнее, – продолжил объяснение мой маленький собеседник. – Ты конечно родился человеком, но нынче им уже не являешься. Другой теперь, оттого мы и показались вам. Она и так про нас ведала, а тебе уже можно, всё равно бы скоро заметил.

– Ничего не понял... – пожаловался я. – Вроде бы объясняете, но непонятно, совершенно. Ни про вас, ни про нас...

– Тьфу ты...

– Налить бы надоть! – опять влез в разговор Буфтик.

Я разлил водку по рюмкам, заметив, что Яна выпила совсем чуть-чуть. А ещё, она почему-то больше молчала и, как мне показалось, не особо удивилась нашим гостям. Не так как я, удивилась, словно бы знала о существовании подобных. Я вон – до сих пор в шоке, хотя водка его уже понемногу сглаживает...

– Мы издревле жили тут.

– В этом доме?

– В местах этих. Ещё когда тут не то что дома этого не было, а люди не жили, и река не протекала. Раньше много нас было, когда я основал ветвь, в ней набралось почти две сотни малых.

– Подождите... То есть это вы создали это поселение, здесь… когда ещё тут людей не было?! Сколько же вам лет?

– Много лет, сколько – не ведаю... Мы иначе появляемся, иначе живём и иначе уходим. Может быть потом, когда переменишь личину узнаешь.

– Какую ещё личину? – видимо сегодня была ночь моей тупости и моих вопросов. – Я уже не человек?

– Ты уже начал ритуал. И потому, становишься хранителем! Какой же ты после этого человек, скажи?

– Ша хранишеля!

Мы опять выпили и на этот раз водка пошла намного лучше. Закусив помидоркой, я опять обратился к разговорчивому малому:

– Но ведь я и моё семейство, – я бросил взгляд на девушку, – всегда были хранителями!