Читаем Возвращение в Белоземицу полностью

– И жили они долго и счастливо. Она у себя в десятикомнатной квартире в центре города, а он в деревне «Большие дрищи», где родился и вырос, – говорю я.

Янка заливается смехом и ставит чайник на плиту.

– Тебе обед накладывать, житель «Больших дрищей»? Я бы даже сказала: «Большедрищь»! – она опять заливается так, что даже зажечь огонь не может.

Да что-ж за напасть такая, почему я опять даю ей возможность посмеяться над собой?

– Накладывай, – вздыхаю я.

Кажется, Яна поняла причину моей хмурости, потому что, не начинает хлопотать об обеде, а зайдя за спину, обнимает меня со спины и шепчет в ухо:

– Надеюсь, ты хороший парильщик? Я бы сегодня погрелась.

– Хороший, – подтверждаю с затаённой надеждой.

– Дим, – она садится напротив меня и смотрит со странным выражением, будто и хочет что-то сказать, и опасается. – Ты только не сердись, ладно?

– За что я должен сердиться?

– Мы с тобой здорово живём тут, нам весело и ты, наверно, строишь на меня какие-то планы…

– Стараюсь этого не делать, – помедлив, отвечаю честно, насколько возможно.

– Не торопись, и может… – она кусает губу, мнётся, – может быть позже, мы их построим вместе. Но сейчас не надо, ладно?

– Ничего не понимаю, – вздыхаю я.

Вообще-то, конечно вариант подождать сейчас идеален, ещё почти на целый месяц он будет единственно правильным, но было обидно. Чем я так плох? Светлые волосы, на мой вкус слишком короткие, но ведь отрастут. Небольшая щетина отросла и требует бритвы. А в остальном – не Брэд Питт, но и отнюдь не Шрек. Разве что, татуировки... Здесь конечно, было от чего приуныть...

– Терзания «что не так со мной» написаны на лице во-о-от такими буквами, – Яна широко развела руки в стороны, и судя по размеру букв, в дверной проём я точно не должен пролезать. – Всё с тобой нормально, ну чего ты как маленький. Ты что, раньше ни с кем не встречался?

– Встречался, – мнусь, – но ведь не жил.

– Ах, вон оно что... Лёгкость победы, – с иронией говорит она. – Всё произошло так быстро, что ты уже мысленно записал меня в «свою».

– Пожалуй, – подумав, нехотя соглашаюсь. – Яна, я кажется понял, что ты имеешь в виду. Может попробуем просто жить дальше?

– А ты сможешь? – смотрит девушка на меня с грустью.

– Себя держи в руках, а я справлюсь, – показываю ей язык, и она прыскает.

Ситуация кажется разряжается. Больше мы к этому вопросу не возвращаемся и ничем особенным не занимаясь, умудряемся не заметить, как день пролетает. Баня, куда я подбросил дрова ещё раз, к вечеру пышет жаром и шипит ёмкостью горячей воды, требуя посетителей.

Собираем вещи, я достаю из книжного шкафа, а Яна из самого большого чемодана. Мельком вижу его внутренности и удивляюсь: подобного порядка от своей подруги не ожидал. Чемодан разбит на дюжину секций, в каждой из которых ровными рядами уложены вещи и всякая мелочёвка. Утюг, фен и ещё какие-то исключительно женские вещицы так же лежат на своих местах.

– Ну чего смотришь? – заметив мой интерес, хозяйка чемодана прикрывает крышку. – Это личные вещи, я же на твои не смотрю!

– Да чего на них смотреть то? – удивляюсь, и тыкаю пальцем в направлении книжного шкафа. – Вон оно всё, как на витрине выложено.

– Ты – мужчина. Создание грубое и нетактичное. А я – женщина, у которой должны быть свои секреты. Лучше выйди, я купальник надену.

– Купальник?

– А ты конечно представлял меня с собой в парилке голую и всю такую нежную, да?

– Как-то даже не думал, – мямлю я.

– Ну да, – закатывает глаза Яна. – Ты лучше свои плавки найди. Учти, с тобой голым я в баню не пойду.

Сижу, глядя на окно, за которым мне сегодня человечек привиделся. А вдруг опять появится? Или это был обман зрения какой-то? Игра теней, может быть? Убеждаю себя, что так и было, ни на грош, не веря в свои убеждения. Откуда он взялся и что хотел?

– Пойдём? – зовёт меня Яна, и мы идём в баню.

Легкомысленно размахиваю пакетиком с одеждой и бутылкой кваса, а на душе царит настоящая буря и поджилки трясутся.

– Только у нас баня по-чёрному, это же деревенская, не как сауны городские, – бубню я, когда мы уже зашли в предбанник.

– Сама вижу, у нас точно такая же.

Яна в отличии от меня, кажется ни капельки не волнуется: опустив свой пакет на лавку, быстро раздевается и смотрит на меня насмешливо. На ней голубой раздельный купальник, по которому хаотично рассыпаны зелёные и белые полоски. Стройная, с тонкой шеей и рыжими, рассыпанными по плечам локонами, она невероятно женственная и сексуальная, и я вдруг понимаю, что сейчас мне будет стыдно, потому что происходящее меня дико возбуждает.

– Я зайду пока, а ты раздевайся… – Яна смотрит с весёлым пониманием. – Или, если ты решил помыться прямо так, то заходи тоже.

Едва дверь за ней закрывается, как я скидываю одежду. Плавки – не шорты, они подлые, они выдают моё возбуждение, хотя скорее всего его было заметно даже под футболкой с шортами. Что же делать? Плескаю себе в лицо холодной водой из ведра, открыв бутылку, наливаю себе кваса и... Дверь в помывочную открывается и появляется Яна.

– А, это квас... – протягивает она.