Читаем Возвращение Короля полностью

— Там пыль! Идут! Идут!

Пиппин и Бергил пробрались в первый ряд и замерли в ожидании. Вдалеке протрубили в рог, шум приветствий приближался к ним, словно подгоняемый ветром. И все вокруг закричали:

— Форлонг! Форлонг!

Пиппин спросил:

— Что они говорят?

— Форлонг идет, — ответил Бергил, — старый Форлонг Толстяк, повелитель Лоссарнаха. Там живет мой дед. Ура! Вот он! Добрый старый Форлонг!

Впереди отряда двигалась большая, с мощными ногами лошадь, а на ней сидел необыкновенной толщины человек, с широкими плечами, старый, седобородый, однако одетый в кольчугу, черный шлем и вооруженный длинным тяжелым копьем. За ним гордо маршировала запыленная колонна людей, хорошо вооруженных и несущих большие боевые топоры. У пришельцев были угрюмые лица, они были ниже ростом и смуглее, чем люди Гондора.

— Форлонг! — кричали встречавшие. — Честное сердце, истинный друг! Форлонг!

Но когда люди Лоссарнаха прошли, в толпе зароптали:

— Так мало! Всего две сотни. Мы надеялись, что придет в десять раз больше. Это из-за известия о Черном Флоте. Они смогли уделить лишь десятую часть своей силы.

Вновь и вновь проходили отряды, — их встречали приветственными криками, к воротам стекались жители соседних областей, явившиеся, чтобы защищать столицу Гондора в темный час. Но их было слишком мало, гораздо меньше, чем надеялись увидеть горожане, меньше, чем требовалось. Люди из долины Рингло шли пешком за сыном своего повелителя, Дерворином, — триста человек. С нагорий Мортонда, из долины Блэкрут, — высокий Дуинхир со своими сыновьями и пятью сотнями лучников. Из Анфаласа, с далекого Лангстранда, тянулась длинная цепочка людей самого разного вида: охотники и пастухи, жители маленьких деревушек, плохо вооруженные, за исключением отряда Голасгила, их предводителя. Из Ламедона — несколько угрюмых горцев без предводителя. Рыбаки из Этира, несколько сотен снятых с судов моряков, Хирлуин Прекрасный с зеленых холмов от Пиннат Гелина с тремя сотнями нарядных, одетых в зеленое людей. И самый последний — гордый Имрахил, принц Дол-Амрота, родственник повелителя Гондора, с золочеными знаменами, украшенными изображением корабля и серебряного лебедя, с отрядом рыцарей в полном вооружении на серых лошадях. А за ними — семьсот пеших ратников, высоких, сероглазых и темноволосых.

Всей подмоги не набралось и трех тысяч. Больше некому было приходить. Крики и топот затихли в Городе. Зрители некоторое время стояли молча. Пыль висела в воздухе, потому что ветер утих и наступивший вечер был душным. Приближался час закрытия ворот. Красное солнце скрылось за Миндоллуином. Город накрыла тень.

Пиппин поглядел вверх, и ему показалось, что небо стало пепельно-серым, словно над ними нависло огромное облако пыли и дыма, испускающее столбы закатного пламени. Теперь Миндоллуин выглядел черной громадой на фоне костра с пылающими углями.

— Так прекрасный день завершается гневом! — проговорил Пиппин, забыв о мальчике.

— Этим он и завершится, если я не вернусь до вечернего колокола, — сказал Бергил. — Скорее! Вот-вот прозвучит сигнал — и ворота закроют.

Рука об руку они последними проскочили в Город и, когда достигли улицы Фонарщиков, услышали торжественный звон. В окнах зажглись огни, а из домов и казарм доносились звуки песен.

— До свидания, — сказал Бергил. — Передайте привет моему отцу и поблагодарите за то, что прислал мне хорошего товарища. Завтра приходите снова. Эх, не было бы войны, мы смогли бы куда веселее провести время. Поехали бы в Лоссарнах в гости к моему деду: там так хорошо весной, когда поля и леса полны цветов. Но, может быть, мы еще побываем там вместе. Нашего повелителя никому не победить, а мой отец очень храбр. До свидания и возвращайтесь!

Они расстались, и Пиппин поспешил в цитадель. Путь казался ему длинным, он вспотел и чувствовал сильный голод. Быстро стемнело. Ни одной звезды не было видно в небе. Берегонд с радостью встретил Пиппина, усадил его рядом и принялся расспрашивать о сыне. После еды Пиппин оставался недолго: ему захотелось увидеть Гэндалфа.

— Найдете дорогу? — спросил Берегонд, стоя у выхода из маленького зала в северной части цитадели, где они сидели. — Ночь темная, к тому же приказано скрыть все огни в Городе. Относительно вас получено распоряжение: завтра утром вы должны явиться к повелителю Денетору. Боюсь, не служить вам в Третьем Отряде. Но на встречу надеюсь. До свидания — и спите спокойно!

В комнате было темно, только на столе горел маленький фонарик. Гэндалф так до сих пор и не появился. Пиппин начал уже волноваться. Он взобрался на скамью и выглянул в окно, но это было все равно что смотреть в чернильный омут. Он слез со скамьи, закрыл ставни и улегся в постель. Некоторое время Пиппин лежал, прислушиваясь, не возвращается ли Гэндалф, потом уснул беспокойным сном.

Он пробудился ночью и увидел Гэндалфа, расхаживающего взад и вперед по комнате. На столе горели свечи и лежали свитки пергамента. Пиппин слышал, как волшебник вздохнул и пробормотал:

— Когда же вернется Фарамир?